На протяжении многих веков полная луна служила для живописцев не просто источником света, а мощным проводником в мир мистики и непознанного. Когда солнце скрывается за горизонтом, привычные пейзажи трансформируются, а манящее сияние полной луны обнажает скрытый шарм природы, который невозможно уловить при дневном свете. Великие мастера от Куинджи до Ван Гога стремились запечатлеть этот ускользающий момент, превращая серебристый диск в небе в главный символ одиночества, надежды или фатальной неизбежности.

Для одних художников полная луна была способом исследовать границы цвета и тени, создавая почти гипнотические световые дорожки на воде, а для других она становилась мистическим оком, наблюдающим за спящим миром. Эта небесная декорация помогала авторам передать состояния, которые трудно выразить словами: от умиротворенного созерцания до тревожного предчувствия бури. Сегодня эти полотна позволяют нам увидеть ночь глазами гениев и понять, почему именно фаза полной луны неизменно заставляла их брать в руки кисть, пытаясь разгадать тайну этого магнетического сияния.

Анри Руссо, «Спящая цыганка», 1897

Луна на равнине Мусаси. Цукиока Ёситоси (Тайсо Ёситоси). 1892

Мы хотим представить вам Мартина Бэйли (Martin Bailey) и одну из его серий фотографий, снятых в необыкновенном и экзотическом месте, в Антарктиде.

Фотограф дикой природы Мартин Бейли родился и вырос в Англии, в настоящее время - гражданин и житель Японии, Токио. В нём соединилась неуёмная страсть к путешествиям, любовь к природе и желание делиться своими знаниями и художественным видением. Мартин известный фотограф, чьи работы публикует большинство популярных блогов и журналов, посвящённых искусству и фотографии.

Ниже вы найдете подборку пейзажей Антарктиды, снятых Мартином Бейли.

Британское Королевское энтомологическое общество (RES) подвело итоги своего ежегодного конкурса фотографий насекомых. В 2025 году в этом состязании приняли участие фотографы из 110 стран, которые подали свыше 3000 работ, что стало рекордным показателем в истории фотоконкурса RES.

Главную награду в категории “18 лет и старше” получил снимок яиц бабочки, пораженных паразитической осой. Автор фотографии – Рагхурам Аннадана. Работа впечатлила судей не только техническим мастерством, но и редким научным сюжетом, демонстрирующим сложные взаимоотношения в мире насекомых.

Конкурс организуется ведущей британской благотворительной организацией в области энтомологии и направлен на поддержку фотографов-любителей, увлеченных макросъемкой. С каждым годом интерес к проекту растет, что отражает как развитие технологий, так и возрастающее внимание к изучению и сохранению природы.

Во многих уголках планеты зима заявляет о себе пронизывающим холодом и монотонным серым небом, из-за чего этот сезон часто становится испытанием для человеческого духа. Однако за суровым фасадом непогоды скрывается нечто, способное искупить все тяготы — первозданная, почти мистическая красота. Зима выступает в роли дерзкого и вдохновленного художника, который вместо кисти и красок использует неистовый ветер, лед и пушистую белизну снега. В ее мастерской рождаются настолько безупречные и замысловатые формы, что человеческому разуму бывает трудно поверить в их земное происхождение.

Туристические места в Китае могут быть еще больше запружены толпами людей, чем поезд в метро в час пик, а все из-за огромной численности населения. Например, на юге Китая открылся новый стеклянный мост над пропастью, однако его пришлось уже закрыть из-за нескончаемого потока туристов, так как власти опасаются, что он просто может не выдержать нагрузки.

Тем не менее, судя по этим захватывающим снимкам, есть редкие моменты и отдаленные районы страны, где на много километров вокруг не встретишь ни одной живой души. Фотографии сделаны в живописных местах, таких как Дуньхуан, оазис на краю пустыни Гоби на северо-западе Китая, или Цзючжайгоу, охраняемый природный парк в отдаленных районах провинции Сычуань. Пейзажи разнятся, однако у них есть общая черта: чувство уединения и умиротворения, словно ты первый во всем мире их увидел.

Рисовые террасы Лаохуцзуй в уезде Юаньян провинции Юньнань. Место включено в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Террасы возделываются народом хань уже несколько тысячелетий.

Одинокий путник в пустыне Гоби рядом с городом Дуньхуан, который когда-то был частью Великого шелкового пути.

Традиционная юрта, используемая кочевым народом Синьцзянь-Уйгурского автономного округа, на фоне горы Музтагата и озера Каракуль.

Бамбуковый плот плывет по реке Ли на юге Китая. Этот пейзаж изображен на банкноте достоинством 20 юаней.

Деревянный мост в горах Хуаньшань. Этот пейзаж в провинции Аньхой часто встречается на китайских акварелях.

Большой каньон Куйтунь на северном склоне горы Тянь-Шань в Синьцзянь-Уйгурском автономном округе Китая.

Одинокий скалолаз карабкается по каменистым образованиям на юго-западе Шилинь-Ийского автономного уезда.

Заиленные берега в Сяпу, регионе на юго-востоке провинции Фуцзянь, которая известна традиционным жизненным укладом. Многие ее жители до сих пор рыбачат, чтобы обеспечить себе пропитание.

Осенняя красота в деревне Хему на северной границе Синьцзянь-Уйгурского автономного округа, где многие живут так же, как в старину.

Вода в притоке Янцзы в Дечен-Тибетском автономном округе сильно поднялась из-за проливных дождей.

Пастух гонит скот по алтайским лугам в Синьцзянь-Уйгурском автономном округе во время сезонной миграции. Многие скотоводы ведут традиционный образ жизни, летом уходя повыше в горы, а к зиме спускаясь на более теплые луга.

Старый рыбак в традиционной одежде забрасывает сеть в реку Ли. Рядом с ним сидит баклан, который помогает ему ловить рыбу.

В округе Байчэн после урожая разложили сушить красный перец. Это очень отдаленные и этнически разнообразные места.

Озеро Пяти цветов, которое также называют озером Павлина, в заповеднике Цзючжайгоу осенью. Кристаллы на дне озера естественным образом отражают яркие краски окружающего пейзажа.

Озеро Юэяцюань («Растущее озеро») в оазисе Дуньхуан, как считают, существует уже более двух тысяч лет и подпитывается водой из источника.

Национальный геопарк Данься известен своими разноцветными горами, которые получились за счет слоев песчаника и осадочных пород.

Поезд с паровым локомотивом едет по железной дороге, соединяющей города Уланчаб и Тунляо во Внутренней Монголии.

Жемчужный водопад в заповеднике Цзючжайгоу — одно из самых красивых мест в этом парке, которое часто используется для съемок фильмов и телевизионных шоу.

Монгольский пастух на плато Башан на северо-западе китайской провинции Хэбэй.

Гранд Каньон Эньши в провинции Хубэй.

Храм Воюнь на горе Гэцзаошань в китайской провинции Цзянси.

Некоторые художники проводят десятилетия в попытках укротить строптивую природу на холсте, но лишь немногим удается превратить грубый мазок мастихином в живое дыхание ветра и трепет солнечных бликов на горной воде. Путь Линды Уайлдер к вершинам канадского импрессионизма был предопределен ее неисчерпаемой страстью к исследованию диких ландшафтов, где хаос скалистых утесов и густых лесов становится упорядоченной симфонией цвета и формы.

В основе творческого метода художницы лежит интуитивный подход, при котором она позволяет краске диктовать направление движения, часто отказываясь от детальных эскизов в пользу мгновенного эмоционального отклика на окружающую среду. Уайлдер мастерски использует мастихин для создания объемных, почти осязаемых поверхностей, что придает ее картинам скульптурную глубину и заставляет свет физически играть на неровностях акрилового слоя. Ее палитра колеблется от приглушенных, туманных тонов раннего утра до взрывных, насыщенных оттенков осеннего леса, при этом каждый мазок кажется оправданным и точным в своей кажущейся небрежности.

Несмотря на международное признание и многочисленные награды, Линда остается верна своей главной философии — поиску баланса между абстракцией и реализмом, где зритель сам достраивает детали пейзажа, вовлекаясь в процесс сотворчества. Сегодня ее полотна украшают частные и корпоративные коллекции по всему миру, служа ярким доказательством того, что современная пейзажная живопись способна сохранять первозданную дикость природы, облачая ее в изысканную художественную форму.

Некоторые люди годами ищут вдохновение в далеких странах, не замечая, что истинная магия скрывается в безмолвном пейзаже за их собственным порогом. История превращения бывшей сотрудницы кулинарной сферы в одного из самых узнаваемых мастеров современной пейзажной фотографии началась с возвращения к корням, в суровые и прекрасные земли финской Лапландии.

Тиина Тёрмянен не просто фиксирует природу Севера, она создает визуальные полотна, в которых грань между реальностью и сюрреализмом стирается под воздействием арктического света. Ее работы часто сравнивают с кадрами из научно-фантастических фильмов, где крошечная человеческая фигура замирает перед лицом колоссальной, почти божественной мощи космоса и ледяной пустыни.

Особое место в творчестве фотографа занимает ночная съемка, ставшая ее визитной карточкой благодаря уникальному умению работать с северным сиянием и звездным небом без излишней цифровой обработки. Тёрмянен мастерски использует искусственный свет, выделяя одинокие заснеженные деревья, которые под ее объективом превращаются в причудливые скульптуры, напоминающие инопланетные формы жизни. В отличие от многих коллег, стремящихся к идеальной симметрии, Тиина ищет в ландшафте эмоциональный отклик, передавая через снимки то глубокое чувство изоляции и одновременно единства с миром, которое можно испытать только в условиях полярной ночи.

Ее успех на международной арене и публикации в ведущих мировых изданиях доказали, что искреннее восхищение родным краем способно трансформировать обычный снег и свет в высокую эстетику, понятную человеку в любой точке планеты. Сегодня ее портфолио служит напоминанием о хрупкости арктической экосистемы, запечатлевая моменты тишины, которые в условиях глобальных перемен становятся все более редкими и драгоценными.