Что вы знаете об индейцах? Наверняка вы, как и многие другие, думаете, что это молчаливые краснокожие дикари с разрисованными лицами и томагавками в руках. Но мы хотим вас удивить. Индейцы бывают разными, а большинство стереотипов, связанных с ними, на самом деле — мифы.

Что правда, а что нет, и другие интересные факты читайте в нашем обзоре.

Прозвище «краснокожие» дали индейцам первые американские колонисты, но это вовсе не означает, что их кожа на самом деле была такого цвета. Просто аборигены очень любили окрашивать грудь и лицо в красный цвет. Для этого они использовали специальные природные красители из охры и жира.

Наиболее широко эта традиция была распространена среди представителей племени апачи. При помощи «боди-арта» они подчеркивали статус воинов и создавали для него таким образом «магическую защиту».

Что же касается настоящего цвета кожи индейцев, то он варьировался в зависимости от регионов и мог быть как коричнево-желтым, так и насыщенным бронзовым.

Снятие скальпов — обычное дело для индейцев

Многие ошибочно полагают, что снятие скальпов было для индейцев чем-то вроде «хобби». Якобы они создавали целые коллекции из скальпов своих врагов… Какая жуть!

На самом деле, некоторые племена и вовсе не практиковали скальпирование, а те, у которых все же была заведена такая традиция, делали это не ради удовольствия. Снятие скальпа производилось в ответ на подобное оскорбление со стороны противника. Кроме того, за это индейцы получали «огненную воду» от колонистов.

Еще одно распространенное заблуждение: все, кому снимали скальп, обязательно погибали. На самом же деле, как бы удивительно это не звучало, известно много случаев, когда после подобной экзекуции люди не только оставались живы, но и продолжали вести нормальную жизнь.

«Последний из могикан» действительно последний?

В своем романе Джеймс Фенимор Купер описывает жизнь и смерть последнего индейца из племени могикан — Ункаса. События повествования разворачиваются в XVIII веке, хотя тот самый Ункас (да, он был реальным человеком) жил на 150 лет раньше.

Мало того, племя могикан существует до сих пор! По состоянию на 2003 год, его численность составляла более 1600 человек.

Есть в книге Купера еще одна нестыковка. По сюжету положительными персонажами являются делавары, а отрицательными — ирокезы. Единственная причина такого выбора антагонистов-протагонистов заключается в том, что первые были союзниками США, а вторые — Великобритании.

Томагавк — метательное оружие

Вы наверняка видели во многих фильмах, как индейцы с поразительной ловкостью и с невероятного расстояния бросают в своих врагов томагавки. Почему-то именно как «метательное оружие» эти топорики описываются и в книгах.

На самом же деле, индейцы никуда не бросали томагавки, а некоторые даже привязывали их к руке, чтобы случайно не потерять в бою. Поэтому то, что томагавк — метательное оружие, всего лишь киноштамп.

Белые — плохие, индейцы — хорошие

Часто в современной художественной литературе сильно «приукрашивают» и романтизируют представителей коренного североамериканского населения. В большинстве книг и фильмов их описывают, как дикарей, отчаянно защищавших свои земли от «белых людей». Хотя в действительности индейцы всегда были агрессивными и воинствующими.

Некоторые племена, воюя друг с другом, уничтожали целые поселения, брали в плен женщин, детей, сжигали дома и вырезали весь скот. В те времена на Диком западе действовал только один закон — побеждает сильнейший, поэтому индейцы всячески демонстрировали свою силу и подходили к этому с особой жестокостью. Вспомните то же скальпирование.

Один из признанных ведущих художников неоимпрессионизма. Считается мастером заколдованного пейзажа. Избран пожизненным консультантом Азиатской школы художников в Гонконге, член Азиатского общества искусств, а также Института Восточного Искусства. Китайский художник, проживающий сегодня в Сан-Франциско США — Ken Hong Leung.

Родился Кен Хонг Люн в Кантоне 14 мая 1933 года. Обладатель многих наград и отличий, участник многих выставок, практически по всему миру, его работы опубликованы во многих мировых печатных изданиях. Многие произведения опубликованы в виде открыток интерьерной печати.

После переезда в 49 году, его пейзажи рыбацких деревушек и прибрежные пейзажи, стали сенсацией в художественном мире Гонконга. Что позднее позволило автору открыть свою собственную галерею.

В 1979 годуКен, перебирается в Соединенные Штаты. Там, в Калифорнии, со своей семьёй и двумя коллегами-художниками, открывает свою галерею в Leung. Позднее организовывают Leung Studio, занимающейся издательством журнала Giclee с ограниченным тиражом.

«СНЕГ ИДЕТ, СНЕГ ИДЕТ…»

Снег идет, снег идет.
К белым звездочкам в буране
Тянутся цветы герани
За оконный переплет.

Снег идет, и все в смятеньи,
Bсе пускается в полет,
Черной лестницы ступени,
Перекрестка поворот.

Снег идет, снег идет,
Словно падают не хлопья,
А в заплатанном салопе
Сходит наземь небосвод.

Словно с видом чудака,
С верхней лестничной площадки,
Крадучись, играя в прятки,
Сходит небо с чердака.

Потому что жизнь не ждет.
Не оглянешься и святки.
Только промежуток краткий,
Смотришь, там и новый год.

Снег идет, густой-густой.
В ногу с ним, стопами теми,
В том же темпе, с ленью той
Или с той же быстротой,

Может быть, проходит время?
Может быть, за годом год
Следуют, как снег идет,
Или как слова в поэме?

Снег идет, снег идет,
Снег идет, и все в смятеньи:
Убеленный пешеход,
Удивленные растенья,

Перекрестка поворот.

БОРИС ПАСТЕРНАК (1890-1960)

«А снег повалится, повалится...»

А снег повалится, повалится.
и я прочту в его канве,
что моя молодость повадится
опять заглядывать ко мне.

И поведёт куда-то за руку,
на чьи-то тени и шаги,
и вовлечёт в старинный заговор
огней, деревьев и пурги.

И мне покажется, покажется
по Сретенкам и Моховым,
что молод не был я пока ещё,
а только буду молодым.

И ночь завертится, завертится
и, как в воронку, втянет в грех,
и моя молодость завесится
со мною снегом ото всех.

Но, сразу ставшая накрашенной
при беспристрастном свете дня,
цыганкой, мною наигравшейся,
оставит молодость меня.

Начну я жизнь переиначивать,
свою наивность застыжу
и сам себя, как пса бродячего,
на цепь угрюмо посажу.

Но снег повалится, повалится,
закружит всё веретеном,
и моя молодость появится
опять цыганкой под окном.

А снег повалится, повалится,
и цепи я перегрызу,
и жизнь, как снежный ком, покатится
к сапожкам чьим-то там, внизу.

Евгений Евтушенко

«Белое чудо»

Жадно смотришь за гардины
Сквозь туманное стекло:
Пальм зелёных кринолины
Пышным снегом занесло!
Тучи пологом жемчужным
Низко стынут над двором...
Под угасшим небом южным
Воздух налит серебром...
На ограде грядка снега.
Тишина пронзает даль.
За холмом, как грудь ковчега,
Спит гора, спустив вуаль.
Пёс в волнении ласкает
Хрупкий, тающий снежок,
И дитя в саду взывает:
"Снег, синьор!" - Иду, дружок...
Утро дышит нежной стужей.
В лёгких снежное вино,
Блещет корочка над лужей...
Не надолго... Всё равно!
Так уютно зябнуть в пледе...
Память тонет в белом сне,
Мысли, белые медведи,
Стынут в белой тишине.

Саша Чёрный
Рождество 1923, Рим

«В снегах»

Глубокий снег лежит у нас в горах.
Река в долине бег остановила.
Вся белая, слилась со снегом вилла.
И мы одни идём в своих снегах.
В устах медлительное: "Разлюбила..."
"Всегда люблю!" - поспешное в глазах.

Ну да, всегда... Я знаю, снег растает,
Под звон литавр взломает лёд река.
В ней снова отразятся облака,
И в рощах жемчуг трелей заблистает.
Ну, да - всегда! Об этом сердце знает!
Иначе снег лежал бы здесь - века!

1927
Игорь Северянин

«Врасплох»

И каждый раз, когда порой полночной,
В таинственный и тихий час урочный,
Снег шелестящий, белый снег с небес
Посыплется на голый, чёрный лес,
Я удивлённо, робко озираюсь,
И возвожу глаза, и спотыкаюсь,
Застигнутый врасплох, — как человек,
Который разлучается навек
И со стезёй своей, и с белым светом,
Томимый неисполненным обетом
И не свершив начатого труда, —
Как будто бы и не жил никогда.

Но прежний опыт говорит мне смело,
Что царство этой оторопи белой
Пройдёт. Пусть, пелена за пеленой,
Скрывая груды опали лесной,
По пояс снега наметут метели, —
Тем звонче квакши запоют в апреле.
И я увижу, как сугроб седой
В овраги схлынет талою водой
И, яркой змейкой по кустам петляя,
Исчезнет. И придёт пора иная.
О снеге вспомнишь лишь в березняке,
Да церковку заметя вдалеке.

Роберт Фрост
Перевод Г.Кружкова

«Если взрыть снежок под ёлкою у кочки...»

Если взрыть снежок под ёлкою у кочки,
Под навесом зимних дымчатых небес
Ты увидишь чудо из чудес:
На бруснике изумрудные листочки!
Если их к щеке прижать нетерпеливо,
О, как нежен влажный их атлас!
Словно губы матери счастливой,
Перед сном касавшиеся нас...
Иней все берёзы запушил,
Вербы в белых-белых пышных сетках...
Спит зима на занесённых ветках,
Ветер крылья светло-синие сложил...
Горсть брусничных веток я связал в пучок,
Дома их поставлю в банку из-под мёда —
Пусть за дверью воет непогода:
На моём столе — весны клочок...

Саша Чёрный
(из цикла «Зима»)

«К садовой ограде»

Снег в сумерках кружит, кружит.
Под лампочкой дворовой тлеет.
В развилке дерева лежит.
На ветке сломанной белеет.
Не то, чтобы бело-светло.
Но кажется (почти волнуя
ограду) у ствола нутро
появится, кору минуя.

По срубленной давно сосне
она ту правду изучает,
что неспособность к белизне
её от сада отличает.
Что белый свет - внутри него.
Но, чуть не трескаясь от стужи,
почти не чувствуя того,
что снег покрыл её снаружи.
Но всё-таки безжизнен вид.
Мертвеет озеро пустое.
Их только кашель оживит
своей подспудной краснотою.

Иосиф Бродский

«ПАДАЕТ СНЕГ, ПАДАЕТ СНЕГ…»

Падает снег, падает снег -
Тысячи белых ежат...
А по дороге идет человек,
И губы его дрожат.

Мороз под шагами хрустит, как соль,
Лицо человека - обида и боль,
В зрачках два черных тревожных флажка
Выбросила тоска.

Измена? Мечты ли разбитой звон?
Друг ли с подлой душой?
Знает об этом только он
Да кто-то еще другой.

Случись катастрофа, пожар, беда -
Звонки тишину встревожат.
У нас милиция есть всегда
И "Скорая помощь" тоже.

А если просто: падает снег
И тормоза не визжат,
А если просто идет человек
И губы его дрожат?

А если в глазах у него тоска -
Два горьких черных флажка?
Какие звонки и сигналы есть,
Чтоб подали людям весть?!

И разве тут может в расчет идти
Какой-то там этикет,
Удобно иль нет к нему подойти,
Знаком ты с ним или нет?

Падает снег, падает снег,
По стеклам шуршит узорным.
А сквозь метель идет человек,
И снег ему кажется черным...

И если встретишь его в пути,
Пусть вздрогнет в душе звонок,
Рванись к нему сквозь людской поток.
Останови! Подойди!

Эдуард Асадов

«Снег»

Опять он падает, чудесно молчаливый,
Легко колеблется и опускается...
Как сердцу сладостен полёт его счастливый!
Несуществующий, он вновь рождается...

Всё тот же, вновь пришёл, неведомо откуда,
В нём холода соблазны, в нём забвенье...
Я жду его всегда, как жду от Бога чуда,
И странное с ним знаю единенье.

Пускай уйдёт опять - но не страшна утрата.
Мне радостен его отход таинственный.
Я вечно буду ждать его безмолвного возврата,
Тебя, о ласковый, тебя, единственный.

Он тихо падает, и медленный и властный...
Безмерно счастлив я его победою...
Из всех чудес земли тебя, о снег прекрасный,
Тебя люблю... За что люблю - не ведаю.

Зинаида Гиппиус

Дети, равно как и взрослые, любят сказки, они позволяют перенестись в новый мир, объятый добротой, к тому же каждая сказка имеет хороший конец. Всем хорошо известны ярчайшие персонажи знаменитых детских сказок, такие как Кристофер Робин из сказки про Винни-Пуха, Алиса из Страны чудес и Питер Пэн, но мало кто знает, что все эти герои были не просто выдуманы, а созданы на основе личностей реальных детей.

Предлагаем вам увидеть этих малоизвестных детей, которые являлись реальными прототипами героев трех знаменитых сказок, и узнать, как сложилась их судьба, от детства и до самой смерти.

Кристофер Робин, сын английского писателя Алана Милна, прототип Кристофера Робина в сборнике рассказов про Винни-Пуха. Позже он напишет: «Были две вещи, которые омрачили мою жизнь и от которых я должен был спасаться: слава моего отца и «Кристофер Робин».

В семье Милнов ждали девочку, а родился мальчик, которого все равно стали воспитывать как девочку. Отношения с родителями не складывались — мать была занята только собой, отец — своим творчеством.

Ребенок рос очень добрым, нервным и застенчивым, большую часть времени, увы, проводя с няней. «Прототип одновременно Кристофера Робина и Пятачка», как потом о нем скажут психологи.

Любимой игрушкой мальчика был медвежонок Тэдди лондонской фирмы «Фарнелл», которого отец подарил ему на первый день рождения.

Он стал единственным другом, собеседником, а чуть позже и главным героем книг Алана Милна про Винни Пуха.

С отцом Кристофер не был особенно близок и сдружился с ним, только когда мать оставила их, уехав на три года к своему любовнику. Это время Кристофер будет вспоминать как самое счастливое.

Воевал во время Второй мировой, был ранен. С матерью не общался, точнее она с ним: Дороти Милн не пожелала проститься с сыном, даже умирая. После войны женился на своей двоюродной сестре против желания отца, опасавшегося за их будущее потомство. И, в общем, не зря: дочь у Кристофера родилась с детским церебральным параличом. Хотя Алан Милн уже не застал внучку, он умер за три года до ее рождения.

Алиса в Стране чудес

Алиса Лидделл — прототип «Алисы в Стране чудес» из книги Льюиса Кэрролла. Дочь ректора Оксфордского университета. У нее, пожалуй, биография более спокойная. Чарльз Лютвидж Доджсон (работавший под псевдонимом Льюис Кэролл) был близким другом их семьи, часто гулял с Алисой и ее сестрами, развлекая девочек сказкой, которую он придумывал на ходу. Позже по просьбе Алисы Льюис записал ее и спустя два года подарил ей рукопись с надписью «Рождественский подарок дорогой девочке в память о летнем дне». К рукописи прилагалась фотография Алисы, сделанная им самим.

Дружба с девочкой была невинной, хотя родители Алисы рассказывали, как однажды Кэрролл обратился к ним с просьбой позволить ему просить ее руки, когда она повзрослеет.

Она прожила долгую жизнь. Вышла удачно замуж, родила трех сыновей, двое из которых погибли во время Первой мировой войны.

После смерти мужа в 1926 году Алиса, чтобы оплатить коммунальные счета, выставила на аукцион подаренный ей Доджсоном рукописный экземпляр «Алисы», который был продан на Сотбисе за 15 400 фунтов.

Питер Пэн

Питер Пэн из сказки шотландца Джеймса Барри. Он же Майкл Дэвис, сын друзей писателя — Сильвии и Артура Дэвис. Вообще волшебную повесть о вечном ребенке, не желающем взрослеть, Барри посвятил своему старшему брату, который погиб, катаясь на коньках за день до своего 9-летия.

А с Дэвисами был знаком давно, дружил со всеми их пятью сыновьями, но именно четырехлетний Майкл (блестящий мальчик, как о нем говорили) стал прототипом Питера Пэна. Вернее, его возраст, черты характера и ночные кошмары.

Спустя годы сказочник сблизился с мамой мальчика настолько, что после смерти ее мужа развелся со своей женой и переехал жить к Дэвисам. Правда, они так и не поженились — в 1910 году Сильвия Дэвис умерла от неоперабельного рака груди. После чего Барри стал опекуном пятерых ее сыновей.

Ну а что же Майкл? Мальчик вырос, и незадолго до своего 21-го дня рождения утонул вместе со своим любовником в водоеме в нескольких милях от Оксфорда.

Стихи, в которых нет пафоса — только честный разговор о добре и зле, вере, боли и человеческом выборе.

"У ЛЖИВОЙ ТАЙНЫ НЕТ СЕКРЕТА…"

У лживой тайны нет секрета,
Нельзя искусственно страдать.
Нет, просто так не стать поэтом.
Нет, просто так никем не стать…

Кто нас рассудит, Боже правый,
Чего ты медлишь, что ты ждёшь,
Когда кричат безумцы: «Браво!» –
Чтоб спели им вторично ложь.

И есть ли истина в рожденье,
А может, это опыт твой,
Зачем же просим мы прощенья,
Встав на колени пред Тобой?

И, может, скоро свод Твой рухнет,
За всё расплатой станет тьма,
Свеча последняя потухнет,
Наступит вечная зима.

Уйми печальные сомненья,
Несовершенный человек,
Не будет вечного затменья,
Нас не засыплет вечный снег.

И просто так не появилась
На свете ни одна душа.
За всё в ответе Божья милость,
Пред нею каемся, греша.

Но мир – не плод воображенья,
Здесь есть земные плоть и кровь,
Здесь гений есть и преступленье,
Злодейство есть и есть любовь.

Добро и зло – два вечных флага
Всегда враждующих сторон.
На время побеждает Яго,
Недолго торжествует он.

Зла не приемлет мирозданье,
Но так устроен белый свет,
Что есть в нём вечное страданье,
Там и рождается поэт.

Валентин Гафт (1935-2020)

Ольга Николаевна Одальчук родилась 25 апреля 1961 года в г. Новокузнецк, Россия. В 1982г. закончила Новосибирское художественное училище, отделение живописи.

В своём творчестве она отдаёт преимущество реалистическому стилю живописи.

Творческий путь Грэма Геркена охватывает более четверти века: его вдохновенные масляные пейзажи, созвучные шедеврам классического импрессионизма, неизменно собирают аншлаги на выставках и удостаиваются высших художественных наград.

Австралийский художник Грэм Геркен (Graham Gercken) родился в 1960 году в Квинсленде, но большую часть жизнь провёл к западу от Сиднея, в районе Голубых гор, причисленных к объектам всемирного наследия ЮНЕСКО. Природная красота этого региона вдохновила Грэма стать художником-пейзажистом.

Свои первые картины он продавал туристам, приезжавшим на автобусах к скальному образованию «Три Сестры». Успех воодушевил Грэма и он полностью посвятил себя живописи. Профессионального художественного образования художник не получил, но в 2003 году отправился в Китай, где провёл четыре года, обучаясь технике рисования чернилами у азиатских мастеров.

В своих картинах Геркен яркими красками передаёт величие, красоту и покой природы зелёного континента.