Зима безраздельно властвует в средних и северных широтах, преображая мир до неузнаваемости. Окутанные ледяным кружевом деревья замерли в безмолвии, привычное пение птиц сменилось редким всплеском в ледяных полыньях, а изумрудные травы уснули под пышным белоснежным покровом. В этом союзе мороза и тишины рождается истинная магия, превращающая будничный пейзаж в декорации к таинственной зимней сказке.

Предлагаем сравнить фотографии самых живописных мест на планете летом и зимой. Все-таки есть у зимы очарование, и, даже если вы не любитель холодного времени года, наверняка эти снимки вас вдохновят и настроят на позитивный лад.

Маяк Святого Иосифа, Мичиган, США.

Хамнёй, Норвегия.

Озеро Блед, Словения.

Историческое поселение Сиракава-го, Япония.

Озеро Ванака, Новая Зеландия.

Йосемитский национальный парк, США.

Храм Натадэра, Комацу, Япония.

Виадук Ландвассер, Швейцария.

Пергола, сад консерватории в Центральном парке Нью-Йорка, США.

Вильнюс, Литва.

Парк Йоханна, Лейпциг, Германия.

Озеро Киркьюфелл, Исландия.

Гора Радхост, Чехия.

Рейне, Норвегия.

Центральный парк Нью-Йорка, США.

Гасадалур, Фарерские острова.

Мост через Брайс-каньон, Юта, США.

Халльштатт, Австрия.

Национальный парк Плитвицкие озера, Хорватия.

Замок Нойшванштайн, Германия.

Замок Бран, Румыния.

Водопад Скоугафосс, Исландия.

Водопад Малтнома-Фолс, Орегон, США.

Центральный парк Нью-Йорка, США.

Церковь Доброго пастыря, озеро Текапо, Новая Зеландия.

Рейкьявик, Исландия.

Ставкирка в Боргунне, Лердал, Норвегия.

Прага, Чехия.

Тракайский замок, Литва.

Замок Килхурн, Шотландия.

Творческий путь Грэма Геркена охватывает более четверти века: его вдохновенные масляные пейзажи, созвучные шедеврам классического импрессионизма, неизменно собирают аншлаги на выставках и удостаиваются высших художественных наград.

Австралийский художник Грэм Геркен (Graham Gercken) родился в 1960 году в Квинсленде, но большую часть жизнь провёл к западу от Сиднея, в районе Голубых гор, причисленных к объектам всемирного наследия ЮНЕСКО. Природная красота этого региона вдохновила Грэма стать художником-пейзажистом.

Свои первые картины он продавал туристам, приезжавшим на автобусах к скальному образованию «Три Сестры». Успех воодушевил Грэма и он полностью посвятил себя живописи. Профессионального художественного образования художник не получил, но в 2003 году отправился в Китай, где провёл четыре года, обучаясь технике рисования чернилами у азиатских мастеров.

В своих картинах Геркен яркими красками передаёт величие, красоту и покой природы зелёного континента.

Январские ночи на Святки издавна считались временем мистическим, когда тонкая грань между мирами стирается, а будущее становится проницаемым для человеческого взгляда. Девушки собирались долгими вечерами, зажигали свечи и с трепетом ловили знаки судьбы. Они искренне верили: именно в эти зимние сумерки можно выведать всё о суженом, предстоящем браке и грядущей жизни. Какие святочные гадания действительно были в ходу у наших предков, во что они свято верили и какие из старинных обрядов можно без опаски повторить в наши дни?

Почему гадают именно на Святки?

Двенадцать дней от православного Рождества до Крещения, известные как Святки, в народном сознании всегда стояли особняком. Считалось, что в этот период, совпадающий с переломом солнечного года, привычный миропорядок временно отступает.

Границы между явью и потусторонним миром истончаются. Неведомые силы подходят ближе к человеческому жилью и готовы приоткрыть завесу тайны тем, кто наберётся смелости спросить. По этой причине гадания в святочные дни считали самыми верными. Самым «правдивым» временем называли ночь накануне Рождества, Васильев вечер (канун Нового года, то есть с 13 на 14 января по новому стилю) и Крещенский сочельник.

Гадания на урожай и здоровье

Как правило, на Святки интересовались тремя главными вещами: замужеством, урожаем и судьбой — своей и родных. Лучшими местами для магических ритуалов всегда считались традиционные места обитания леших, чертей и водяных. Люди шли на перекрёстки дорог, к мельницам, на речные берега или в глухую чащу. Но суровая зима с сугробами и трескучими морозами вносила свои поправки, поэтому чаще гадали в домашних условиях — во дворе, в бане, хлеву или на печи. Словом, там, где хозяйничали домашние духи: домовые, банники, овинники.

Чтобы понять, каким окажется будущий урожай, существовало несколько обрядов. В первый день года, отстояв утреннюю службу, шли на перекрёсток. Там чертили на снегу или земле крест и прикладывали к нему ухо. Если слышался скрип и тяжёлый гул гружёной повозки, год обещал быть сытым и плодородным. Лёгкий стук пустой телеги или цокот копыт одинокой лошади, напротив, сулил скудные сборы.

Кроме того, в новогоднюю ночь вязали небольшие снопики из колосьев разных злаков и выносили их на мороз. Та культура, чей пучок к утру гуще всего покрывался инеем, по поверью, должна была дать самый богатый урожай. Чтобы предсказать погоду на весь год, брали двенадцать очищенных луковиц, посыпали их солью и оставляли на ночь в тепле. Луковица, на которой соль отсыревала сильнее прочих, указывала на самый дождливый месяц.

Как заглядывали в будущее, своё и близких

В старину у каждого члена семьи была личная ложка. Именно этот предмет утвари чаще всего использовали, чтобы узнать судьбу домочадцев. В миску с кутьёй (кашей на меду с изюмом) раскладывали ложки выемкой вверх.

Затем посуду накрывали пирогом или круглым караваем, а сверху застилали скатертью. Если к утру чья-то ложка переворачивалась, это считали дурным знаком для её владельца. Был и другой способ: в ложки наливали воду и выносили на мороз. Утром смотрели, как именно замёрзла вода. Углубление во льду предрекало болезни или смерть, а выпуклость или пузырьки, наоборот, обещали долгую и здоровую жизнь.

В рождественскую ночь смельчаки отправлялись на гумно, где молотят хлеб, и слушали землю. Глухой стук предвещал беду в семье. Если звуки были похожи на звон, то это предсказывало свадьбу. Ну, а когда слышали молотьбу, то это предвещало богатый, благополучный год.

С той же целью на Святки ходили подслушивать под чужие окна. Услышать молитву считалось большой удачей — это сулило счастье. Ругань или плач, разумеется, предвещали неприятности. Иногда особо отчаянные подкрадывались ночью к дверям запертой пустой церкви. Если чудилось заупокойное пение, добра не ждали. Но звуки, напоминающие венчальный обряд, вселяли надежду на скорую свадьбу и безбедную жизнь.

Гадания на суженого на Рождество и Святки

Безусловно, самыми популярными у девушек были святочные гадания на любовь. Способов существовало великое множество, но чаще всего прибегали к помощи зеркала. На накрытый стол ставили зеркало, зажигали свечу и пристально всматривались в зыбкое отражение. Там надеялись увидеть черты будущего жениха, которого мысленно звали «отведать ужин».

Иногда усложняли задачу и ставили два зеркала друг против друга, создавая бесконечный коридор. Девушка садилась между ними и вглядывалась в уходящую вдаль галерею отражений. В полной тишине, при тусклом свете единственной свечи, воображение легко дорисовывало пугающие детали. Многим мерещилась всякая чертовщина, поэтому на такой ритуал решались только самые отважные.

Помимо жутковатых обрядов, любили и методы попроще. Считалось, что если на Святки увидеть падающую звезду, направление её полёта подскажет, с какой стороны ждать сватов. На посиделках перед каждой девушкой насыпали горстку овса, а затем вносили в избу петуха. К чьему зерну птица подходила первым делом, той и предстояло играть свадьбу в наступающем году.

В рождественскую ночь также наугад вытаскивали из поленницы чурбак. По его виду судили о характере будущего мужа. Гладкое ровное полено сулило спокойного, но небогатого супруга, а сучковатое — вспыльчивого или зажиточного. По длине и толщине деревяшки пытались угадать рост и стать жениха.

Гадания во сне

Увидеть суженого во сне пытались многие, и для этого изобрели массу приёмов. Самый известный — положить под подушку расчёску. Перед сном девушка расчёсывала волосы, приговаривая: «Суженый мой, ряженый, приди расчесать мне волосы». Ещё писали на бумажках мужские имена и прятали их под подушку, а утром, едва открыв глаза, вытягивали одну записку наугад.

Другой популярный способ назывался «мостик». Из прутиков собирали миниатюрный мостик и клали его в изголовье со словами: «Кто мой суженый, тот переведёт меня через мост». Если везло, жених действительно являлся во сне. Вариация этого гадания — колодец из спичек или палочек. Но тогда заклинание менялось: «Суженый, ряженый, дай мне воды испить».

Как видите, большинство старинных гаданий вполне реально повторить и сегодня. Конечно, подслушивать под окнами соседей в многоэтажке странно, да и поленница с овином есть далеко не у всех. Но и без этого хватает способов заглянуть в будущее, даже не выходя из городской квартиры.

Имя барона Мюнхгаузена давно стало нарицательным для отчаянных выдумщиков. И не мудрено: герой книг немецкого писателя Рудольфа Эриха Распе летал на пушечном ядре, побывал на Луне и совершил множество других невероятных подвигов. Между тем, мало кто вспоминает, что барон Мюнхгаузен — вполне реальный человек с удивительной судьбой. Настоящий Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен был офицером и блестящим рассказчиком. Давайте же взглянем на правдивые факты его биографии и разберёмся, где заканчивается миф и начинается подлинная история самого знаменитого фантазёра Европы.

Как появился род Мюнхгаузенов

Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен родился 11 мая 1720 года в небольшом городке Боденвердер недалеко от Ганновера. Дом, в котором прошли его детство и последние годы, сохранился до наших дней. Сейчас в нём размещается городская ратуша. По соседству работает музей: его экспозиция включает личные вещи и архивные материалы, связанные с жизнью барона.

Неподалёку от музея установлена скульптурная композиция, посвящённая барону. Она иллюстрирует один из самых известных сюжетов его рассказов. Скульптура изображает Мюнхгаузена, который ухватился за косу собственного парика и вытаскивает себя вместе с конём из болота. К слову, эту фигуру создал московский мастер А. Орлов.

Барон Карл Фридрих Иероним принадлежал к древнему саксонскому роду. В XII веке его предок — рыцарь Хейно — участвовал в Крестовом походе вместе с королём Фридрихом Барбароссой. В те суровые времена вся семья рыцаря погибла в войнах и от эпидемий, поэтому Хейно решил уйти в монастырь.

Род мог прерваться вместе со смертью последнего представителя. Тогда мы никогда не узнали бы о приключениях его потомка. Но Хейно неожиданно передумал, и для него сделали исключение. Рыцарю разрешили покинуть монастырь, и он положил начало новой ветви семьи. Потомки рыцаря-монаха получили фамилию Мюнхгаузен, что в переводе с немецкого означает «Дом монаха». На гербе рода изображён монах с посохом и котомкой книг.

Всего известно около 1300 потомков Хейно, среди которых было немало известных личностей. Почти все они прославились на государственной службе. Самыми выдающимися считаются министр ганноверского двора Герлах Адольф фон Мюнхгаузен (1688—1770), основатель Гёттингенского университета, и барон Александр фон Мюнхгаузен (1813—1886) — премьер-министр Ганновера.

Паж герцога Ульриха

Ветвь рода, подарившая миру знаменитого барона, избрала военную стезю. Прадед и дед Карла были офицерами, а его отец — Георг Отто фон Мюнхгаузен — дослужился до звания полковника. Он умер, когда сыну исполнилось всего четыре года. В возрасте 15 лет Карл Фридрих Иероним согласно семейной традиции поступил на военную службу.

Первые два года он служил в войсках герцога Фердинанда Альбрехта II Брауншвейг-Вольфенбюттельского, а в феврале 1738 года отправился в Россию. Там юный Мюнхгаузен стал пажом герцога Антона Ульриха Брауншвейгского. В то время российский престол занимала Анна Иоанновна — племянница Петра I. У императрицы не было детей, но она страстно желала передать власть кому-то из родственников.

Анна Иоанновна решила выдать свою племянницу Анну Леопольдовну за представителя какого-нибудь европейского двора. Ребёнок от такого брака мог унаследовать российский престол. Выбор императрицы пал на молодого герцога Антона Ульриха. Он верой и правдой служил России и покрыл себя воинской славой в боях с турками.

Герцог не щадил в сражениях ни себя, ни подчинённых. Во время штурма крепости Очаков он оказался в самой гуще боя. Вражеская пуля сразила под Ульрихом коня, а сопровождавшие его адъютант и двое пажей были ранены и вскоре скончались. Герцог искал новых пажей, и юный Мюнхгаузен не побоялся поступить к нему на службу.

Мюнхгаузен в России

В Россию Мюнхгаузен прибыл в 1737 году, преисполненный оптимизмом и честолюбивыми планами. Он рассчитывал на блестящую карьеру и твёрдо верил в свои перспективы. Для успеха у юного немецкого дворянина было всё: смелость, амбиции, неплохое образование, высокий рост и приятная внешность.

Настоящий Карл Фридрих Иероним сильно отличался от привычного книжного образа, созданного Гюставом Доре. Это был не комичный сухощавый старик с крючковатым носом и пышными усами, а привлекательный и ухоженный мужчина. Более того, у барона не было усов вовсе — он предпочитал гладко бриться и очень внимательно подходил к выбору одежды.

Когда Антон Ульрих женился на Анне Леопольдовне, у барона началась спокойная жизнь. Молодые супруги ждали наследника, и герцог проводил всё время при императорском дворе, а не в военных походах. Спокойная жизнь не устраивала барона Мюнхгаузена — он был горяч и мечтал о воинской славе. Карл Фридрих упросил Ульриха отпустить его на военную службу, и герцог, высоко ценивший пажа, нехотя согласился.

В конце 1739 года Мюнхгаузен начал военную службу в звании корнета. Он поступил в Брауншвейгский кирасирский полк, расквартированный в Риге. Покровительство принца Антона Ульриха, официального шефа части, заметно ускорило его продвижение по службе.

Уже через год барон получил чин поручика и возглавил первую роту полка. Он проявлял себя как грамотный и дисциплинированный офицер и имел все шансы продолжить успешную карьеру. Со временем он мог обеспечить себе достойное содержание и вернуться в Германию с репутацией уважаемого военного.

Конец военной карьеры

Но в судьбу барона вмешались обстоятельства, на которые он повлиять не мог. В ночь с 24 на 25 ноября 1741 года в Санкт-Петербурге произошёл переворот. Цесаревна Елизавета — дочь Петра I — при поддержке военных захватила власть. Сторонников Анны и Ульриха арестовали и заточили в Рижский замок.

Беда не коснулась самого Мюнхгаузена, ведь он уже не числился в свите герцога. Но поневоле он стал стражником своего бывшего патрона, что, конечно, вызывало у него угрызения совести. Хотя к барону и не применяли репрессий, все знали о его прежнем покровителе. Из-за этого военная карьера Карла Фридриха застопорилась. Следующее звание ротмистра он получил лишь в 1750 году.

К тому моменту барон Мюнхгаузен прочно обосновался в Риге. В 1744 году он женился на прибалтийской немке Якобине фон Дунтен, дочери рижского судьи, и обзавёлся уютным домом. Рига уже входила в состав Российской империи, а жена барона стала российской подданной. Это обстоятельство ещё сильнее связало Мюнхгаузена с Россией.

Став ротмистром, барон попросил отпуск для поездки на родину, в Германию. В прошении он написал, что едет в родовое гнездо в Боденвердер «для исправления крайних и необходимых нужд». Мюнхгаузен, понимая, что нового воинского звания ему не видать, охладел к военной карьере. Он дважды продлевал отпуск, а потом и вовсе пропал из поля зрения начальства. В результате в 1754 году его уволили из полка за длительное отсутствие.

«Павильон лжи» и его гости

В своём родовом поместье барон, привыкший к баталиям и светским приёмам, заскучал. В его городке жило всего 1200 человек — это была тихая, глубокая провинция. Деятельный Мюнхгаузен построил в поместье охотничий павильон, где начал собирать друзей. Позже эту постройку прозвали «павильоном лжи», ведь именно там барон рассказывал небылицы о своей службе в России.

Выдуманные, но захватывающие истории барона слушали его друзья, соседи и заезжие гости. Это были байки о взбесившейся шубе, которая рвёт одежду в гардеробе, о въезде в Петербург на волке, запряжённом в сани, о коне, разрезанном пополам под Очаковом, о вишнёвом дереве, выросшем на голове у оленя, и о многом другом.

Большинство гостей, конечно, не верили рассказам барона, но тот был прекрасным рассказчиком, и гости приходили снова и снова. Отставной ротмистр просто развлекал себя и окружающих. Он не стремился к славе, а просто любил поболтать. Но однажды его «павильон лжи» посетил Рудольф Эрих Распе, которого эти истории привели в полный восторг.

Сам Распе был очень умным и творческим человеком. Он занимался писательством, переводами, историей и археологией. Рудольф Распе известен как автор популярного рыцарского романа «Хермин и Гунильда». Писателю пришла в голову идея собрать рассказы Мюнхгаузена и издать их отдельной книгой.

Книга, бросившая тень на королевскую семью

Стоит сказать, что истории барона издавались и раньше. Достоверно известно, что в 1761 году в Ганновере вышел небольшой сборник из трёх рассказов под названием «Чудак» («Der Sonderling»). В него вошли истории о собаке с фонарём на хвосте, о куропатках, простреленных шомполом, и о гончей, ощенившейся на бегу во время погони за зайчихой. Автор этого сборника остался неизвестен.

Через двадцать лет, в 1781 году, в Берлине опубликовали «Путеводитель для весёлых людей». В нём уже 16 рассказов из павильона излагались от имени некоего господина, чьё имя скрывало таинственное сочетание букв «М-г-з-н». Разумеется, все понимали, о ком идёт речь, ведь за долгие годы у барона в гостях побывали сотни людей.

Но всемирную известность барону Мюнхгаузену принесла всё-таки книга Распе, изданная им в 1785 году в Англии. Она называлась «Лживые или вымышленные истории». Сам барон, уже отметивший к тому времени 65-летие, но не растерявший молодецкую удаль, узнав о книге, пообещал вызвать автора на дуэль. Мюнхгаузен оскорбился, поскольку в книге его изобразили откровенным лжецом.

Книга Распе порочила не только имя барона, но и бросала тень на репутацию… английского короля. Дело в том, что с 1714 года Британией правили земляки Мюнхгаузена. Правящая Саксен-Кобург-Ганноверская династия началась с короля Георга I, ганноверского курфюрста. Виндзорами королевская семья стала лишь в 1917 году, во время Первой мировой войны, когда Британия воевала с Германией.

Нежеланная слава и печальный финал

Рудольф Распе больше никогда не встречался с Мюнхгаузеном, и кровопролития не случилось. Книга принесла автору деньги и всемирную славу. За бароном же прочно закрепилась репутация «короля лжецов». Всего через год, в 1786 году, книгу Распе перевёл на немецкий язык Готфрид Август Бюргер, и она стала невероятно популярна и в Германии.

Произведение Распе превратило барона в мишень для насмешек. Конечно, чудаковатый отставной ротмистр этого не заслужил. Его старость и без того была невесёлой. В 1790 году супруга барона, Якобина, умерла. Овдовевший Мюнхгаузен женился на склоне лет на молодой женщине по имени Бернардина Фридерика Луиза фон Брун. Она оказалась расточительной и легкомысленной особой. За короткое время новая супруга разорила старика, и тот умер в крайней нужде 22 февраля 1797 года от апоплексического удара.

Настоящий Мюнхгаузен оказался куда сложнее и интереснее сказочного образа, созданного книгами и иллюстрациями. Возникает закономерный вопрос: как вы считаете, кем он был в большей степени — человеком своего времени, любившим приукрасить историю ради эффектного рассказа, или персонажем, чью репутацию навсегда определили чужие фантазии? Напишите в комментариях, каким вы видите подлинного барона и стоит ли пересматривать его образ сегодня.

Никогда Новый год не окутан такой таинственной атмосферой, как в детстве. И каждый новый год мы пытаемся прикоснуться к этому детскому воспоминанию снова – самостоятельно или с помощью наших маленьких помощников...

Лежишь, мелкий, на санках. Весь закутанный-замотанный. И смотришь на черное небо со звездами. Думаешь: «Наверное, скоро Новый год».

У Деда Мороза попросил игру «За рулем». Если подарит — мне до конца жизни больше ничего не надо будет. Я уже навсегда буду счастлив. Больше и желать-то нечего. Ну, кроме зимнего салата, конечно, и шоколадки с олимпийским мишкой.

И вот дома суета: родители ставят елку, мама хлопочет у печки (жили тогда в квартире на трех хозяев с печным отоплением). В гирлянде перегорела лампочка. Отец дает мне квадратную батарейку и подает лампочки одну за другой. Я их прикладываю к батарейке — они вспыхивают разными цветами. Одна не загорелась. Вот это она и есть. В мусорное ведро ее. Ребятам в садике после праздников можно будет рассказать, что сам починил гирлянду.

«Елочка, зажгись!» Делаю вид, что не вижу, как папа прячет за спиной удлинитель.

Мама ездила в соседний военный городок в командировку и «достала» там мандаринов. Я тогда думал, что «доставать» — это в прямом смысле она куда-то лезла и как-то доставала откуда-то эти мандарины.

Вдруг отец, смотря в окно, говорит: «Вроде Дед Мороз подъезжает? Ну-ка посмотри». Смотрю в черное окно, двойные рамы, между которыми проложена соль, чтобы не запотевали. За окном темнота, но, конечно, я вижу сани и коней. Как тут не увидеть, когда папа их видит!

Выходим в общий коридор. Папа забыл открыть форточку для Деда Мороза. Вернулся один в комнату, мы с мамой его ждем. Я думаю: «Хорошо, что вспомнил, а то как бы Дед Мороз попал в комнату? Аж представить страшно». Открыл, все хорошо.

Ждем прихода Волшебника. Через пару минут терпение кончилось, и я заглядываю в замочную скважину. Странно, свет в комнате был включен, а теперь темнота. И в этом полумраке я вижу кусочек елки с мигающими гирляндами, ватный снег на ветках, игрушки, часть стола и на столе… угол какой-то большой коробки и надпись на ней «За ру…»!

Сердце сейчас выпрыгнет. Дрожишь от страха, волнения и какого-то чувства, которое можно назвать именно «новогоднее волшебство». Ночь, когда возможно все.

Прошло 25 лет, и уже я стал «забывать» закрывать форточку. И это ощущение новогоднего чуда вернулось ко мне через моего сына. Я физически ощущал то, что он испытывал, — этот ураган детских переживаний.

Прошло почти 50 лет, и теперь я со смехом рассказываю взрослому сыну о том, как открывал форточки и лихорадочно вытаскивал с балкона под елку подарки, забыв там любопытного кота, который так и встретил на морозе Новый год.

О том, как тренировался за одну минуту собирать железную дорогу вокруг елки, как воткнул в трубу паровоза бенгальский огонь и пластмассовая труба загорелась. Из нее повалил ужасный черный дым, закоптивший всю комнату вместе с праздничным столом диким запахом горящего пластика.

Теперь будет очередь сына «забывать» открывать форточку. А я буду стоять позади и ждать, когда от внуков пойдут эти искрящиеся волны новогоднего чуда!

Мастерица из Мичигана по имени Елена создает очень душевные и милые работы методом валяния из шерсти.

Как говорит сама, Елена — её дети уже взрослые и живут отдельно со своими семьями, у неё же остались две кошки и собака, которых она взяла из приюта. Эти верные питомцы дают ей силы и вдохновение на творчество. Глядя на её работы, на лице невольно появляется улыбка и сердце окутывается добротой.

Многочисленные ценители камнерезного искусства считают Герда Дреера одним из лучших резчиков по камню в мире.

Герд Дреер (Gerd Dreher) ( род. 1939 г.), четвёртый в династии немецких камнерезов из Идар-Оберштайна и, на сегодняшний день, самый знаменитый. Миниатюрные скульптуры животных, которые и прославили именитого мастера, выполнены чаще всего из различных пород кварца и берилла, но самым любимым для него является агат из месторождения Риу-Гранди-ду-Сул в Бразилии. Работы Герда Дрейера имеют широкую известность в мире, находятся во многих коллекциях.