Почему вас все бесит?

Если и есть в нейробиологии одна идея, в справедливости которой мне хотелось бы убедить всех людей на земле, то такой идеей я считаю следующую: сознание — это пассажир мозга, который мнит себя машинистом.


Почему это важно? Потому, что если вы этого не понимаете, то с большой вероятностью ведете себя как дебил. Вот представьте, что вы разговариваете по телефону с другом, заходите в лифт, связь прерывается, говорить становится невозможно. И тут вы вместо того, чтобы минуту подождать, начинаете сердиться, ругаться и грозить другу расправой при встрече за то, что он над вами так издевается. Тупо? Тупо. Друг же не виноват, что у вас в лифте телефон не ловит. Вот примерно настолько же резонны 99 % любых проявлений раздражения.

Маршрутка высадила в лужу и вообще понаехали тут шумахеры? Работа третий год бессмысленна и безобразна? По телевизору все тот же мордоворот? Булка черствая, кофе горький, водка жидкая, жена жирная, погода дрянь, кругом фашисты? Каждый из этих пунктов вы, наверняка, готовы защищать хоть в суде: приводить статистику иммиграции, взвешивать жену, измерять черствость булки и доказывать, что все ваше раздражение совершенно объективно и обоснованно.

И вот тут самое время взять и открыть учебник по нейробиологии. Мы не машинисты, а пассажиры. Мы — пассажиры эмоций, решений, морального выбора — вообще практически любых своих действий, включая выбор объектов, на которые мы обращаем внимание и которые нам безразличны, которые нас радуют и которые бесят.

Нам всем кажется, что мы самые умные: мы знаем что делаем, поступаем рационально и взвешенно, если нам что-то не нравится, то для этого есть веские основания, а если на кого-то ругаемся — то за дело. Иногда это действительно так: поездом управляет машинист — но пассажир может и стоп-кран дернуть.

Однако в подавляющем большинстве случаев веские основания для своего раздражения мы придумываем уже после того, как раздражаемся, что несколько компрометирует вескость этих оснований. Нам настолько хочется быть машинистами, что на каждом повороте поезда мы находим совершенно логичное объяснение тому, почему поезд повернул именно так.


Постой, паровоз, не бесите, колеса


Со времен зарождения психологии как науки ученые придумывали пассажиру и машинисту разные названия: «сознание» и «подсознание», «эго» и «ид», «контроль» и «автоматика», «аналитика» и «интуиция», «рефлексия» и «импульсивность». Британский психолог Джонатан Эванс только в литературе, вышедшей за последние 15 лет, обнаружил десяток разных названий этих двух сущностей нашего «я» и от безысходности предложил вообще плюнуть и называть их просто «система 1» и «система 2». Система 1 — подсознание, система 2 — сознание.

Сразу отмечу, что на сегодняшний день никто не знает точно, что именно представляют собой две эти системы с физической точки зрения, как они связаны и какая из них за что отвечает. Но если оставить в стороне громоздкие построения Фрейда и взглянуть на ситуацию с позиций современной нейробиологии, становится очевидно, что система 2 — это очень вкусная и питательная вишенка на гигантском и эволюционно древнейшем торте системы 1.

Посудите сами. Сознание — система 2 — в каждый момент времени оперирует только тем, что укладывается в рабочую память, — это общепринятое и в целом очевидное положение. Сколько укладывается в рабочую память? Зависит от того, что запоминать, но для простых вещей типа цифр или слов — обычно от 5 до 7 штук. Система 1 по определению оперирует всем остальным.

Это, конечно, еще не значит, что система 2 ничего не решает: если быстро-быстро копаться в собственных мыслях, то и 5 штук за раз может хватить. Но на такой перебор уходит много времени: сознательный, рациональный анализ по мозговым меркам занимает целую вечность. И тут мы приходим ко второму аргументу в пользу первичности системы 1 — тоже, если на секунду задуматься, очевидному: система 1 работает элементарно быстрее, чем система 2.

Представьте, что психолог показывает вам картинку с котиками или с расчлененкой и просит описать ваши чувства. Сколько времени вы будете думать перед тем, как подыщете нужные слова? По крайней мере пару секунд. Но эмоции реагируют почти мгновенно: разницу в восприятии мозгом веселых и страшных картинок можно засечь уже через 120 миллисекунд.

Эмоции вызываются не обдумыванием — наоборот, обдумывание объясняет возникшие эмоции. И тратит на это в десятки раз больше времени. Исследования убедительно показывают, что «эмоциональный мозг» — он же система 1 — принимает решения быстрее, чем «рациональный» — он же система 2. Человек сначала чувствует, а потом думает.

«Видимо, эмоциональный компонент присутствует в любом восприятии. Мы никогда не видим просто „дом“. Мы видим „красивый дом“, „уродливый дом“ или „претенциозный дом“. Мы не просто читаем статью о меняющихся взглядах, или о когнитивном диссонансе, или о гербицидах. Мы читаем „интересную“ статью о меняющихся взглядах, „важную“ статью о когнитивном диссонансе или „тривиальную“ статью о гербицидах. То же самое относится к закату, разряду молнии, цветку, ямке на щеке, заусенцу, таракану, вкусу хинина, Сомюру, цвету почвы в Умбрии, шуму машин на 42-й улице и в той же степени — звуку тона на 1000 Гц и внешнему виду буквы Q».

Роберт Зайонц, «Чувства и мысли: предпочтения не требуют умозаключений», 1980
Единственное объективное, что есть в вашем раздражении, виновниками которого стали маршрутчики, жена, фашисты или черствая булка, — это само раздражение. Нейрохимические реакции в мозгу. Приливы и отливы нейромедиаторов, завихрения электрических полей в лобных долях и миндалине. Булка, может, и черствая, зато колбаса отличная. Маршрутчик не умеет водить, зато веселые анекдоты рассказывает. О политике даже не буду вспоминать: мне кажется, любому здравомыслящему человеку понятно, что политический дискурс — это просто условный набор реплик, о котором группа людей договаривается друг с другом.

Вопрос не в том, почему вас все бесит, — вопрос в том, почему вы от всего беситесь и что с этим делать — вам, а не маршрутчику.


Хакнуть эмоции


В формировании настроения — а наряду с этим и в процессе восприятия окружающей реальности — участвует несколько независимых, но тесно сплетенных мозговых систем. Поэзия Лермонтова и учение Дона Хуана в конечном итоге просто способы описания этих систем. С практической точки зрения нет особой разницы, называть ли содержимое мозга «нейронами», «чакрами» или «лучами силы», — но мне кажется, что с нейронами как-то проще.

Первое, от чего вы беситесь, — это сниженная активность системы вознаграждения. В природе эта система нужна для того, чтобы программировать поведение. Хорошим настроением вознаграждается добытая пища, освоенный навык, покорение самки и т. д. Система вознаграждения устроена так, чтобы мы радовались правильным вещам. Но это очень хитрая система. «Сумма» награды — выраженная в степени активности нервных клеток, выделяющих дофамин, — не задана раз и навсегда, а относительна. Достижением считается не просто что-то полезное, а то, что лучше, чем обычно.

Задача системы вознаграждения — чтобы вы никогда не расслаблялись. Для этого она калибрует вознаграждение, реагируя на привыкание. Если хорошего вдруг стало столько, что усилий для его добычи прилагать не надо, система вознаграждения перестанет на него реагировать и погонит вас искать что-нибудь еще более хорошее.

Все дело в том, что в природе хорошего очень мало, поэтому к нему просто так не привыкнуть. Проблемы, как обычно, возникают оттого, что мы живем в совершенно чуждых своей природе условиях: неограниченные калории, масса развлечений и теплая кровать. Поэтому обезьяне для радости достаточно банана, а нам нужны плазменные телевизоры, техно-вечеринки и ежеминутные дофаминовые уколы фейсбучных комментариев.

Если ваш рабочий день проходит монотонно и скучно, а после работы вы каждый вечер отправляетесь с друзьями в шумный бар, то ваша система вознаграждения привыкает именно к шумному бару. И каждое утро начинает ныть: «Ты что, дурак? Зачем ты садишься за компьютер, когда в баре так весело?» Объективно в этот момент у вас в голове замолкают дофаминовые нейроны. Субъективно вы раздражены, не находите себе места, не можете сконцентрироваться и ищете, на ком бы сорваться.

Опасность алкоголя и наркотиков не столько в том, что они вредны сами по себе, сколько в том, что они перекашивают привычный уровень вознаграждения. С ними так хорошо, что все остальное начинает бесить. Если вы вместо бара после работы читаете книжку и отправляетесь спать, то избегаете резкого перепада вознаграждения. В итоге работа с утра уже не кажется настолько противной, а мелочи: смешной ситком по телевизору, хорошая погода, чашка кофе — начинают радовать.

Это вовсе не означает, что пить и веселиться нельзя. Периодические всплески дофаминовой активности нужны всем. Но стоит всплескам стать привычкой — как они перестают быть всплесками и становятся фоном для оценки всего остального.

Хорошая новость в том, что перекалибровка системы вознаграждения редко занимает больше пары недель. Если вас все бесит, кроме вечеринок, постарайтесь месяц на них не ходить: какое-то время будет еще хуже, но потом вы вдруг обнаружите, что просыпаетесь в хорошем настроении.

Относитесь к себе как к персонажу игры Sims, а к дофамину — как к ограниченному ресурсу: распределяйте его с умом и старайтесь извлекать из правильных вещей. Если у вас не клеится работа, сделайте перерыв и поиграйте в компьютерную игру. Если, наоборот, у вас получилось что-то хорошее, полюбуйтесь своим достижением подольше, покажите кому-нибудь, кто вас похвалит, выложите в социальную сеть. Мозг проассоциирует дофаминовый всплеск с выполненной работой и запомнит: работа — это хорошо. Если вам предстоит тяжелая неделя, купите билеты на субботний концерт и поднимите свой дофаминовый фон с помощью предвкушения.


Разум против чувств


Гораздо хуже понятна работа другой мозговой системы, связанной с еще одной «молекулой настроения» — серотонином. Отчасти это объясняется тем, что если дофамин в мозгу выполняет более-менее однотипные функции, то серотонин в разных отделах мозга и даже в разных типах клеток делает совершенно разные вещи. О том, что он поднимает настроение, мы можем заключить на основании того, что недостаток триптофана (предшественника серотонина) вызывает депрессию. А большинство антидепрессантов, наоборот, блокирует его обратное всасывание (чем хуже всасывается — тем дольше работает).

Считается, что серотонин, как и дофамин, программирует наше поведение, но не через вознаграждение, а через наказание. Человек с пониженным уровнем серотонина лучше предсказывает, какое из его действий приведет к чему-нибудь плохому. Соответственно, повышенный серотонин предсказание плохого ухудшает. В быту такое ухудшенное прогнозирование плохого называется оптимизмом.

Настроение зависит от того, в каком свете вам представляются собственные жизненные перспективы — как краткосрочные (сколько у меня сегодня работы), так и долгосрочные (что я вообще делаю в жизни). Так вот, оказывается, что оценка этих перспектив может резко измениться при изменении уровня определенной аминокислоты. Если вы вдруг недоели триптофана, то в течение нескольких часов у вас упадет уровень серотонина и жизнь внезапно начнет казаться конченой, работа непосильной, друзья убогими, а развлечения бессмысленными. Надо ли объяснять, что эти оценки никак не связаны с реальностью?

Серотонин — слишком сложная штука, чтобы его можно было тупо «поднять» для улучшения настроения (более-менее уверенно порекомендовать такой способ можно только при клинической депрессии). Но даже само понимание того, что оптимизм и пессимизм могут управляться не зависящими от вас факторами, очень полезно.

Если знать, что ощущение безысходности, — это что-то вроде больного горла, то справиться с ним гораздо проще. Это, наверное, самый главный практический вывод. Чтобы справиться с тем, что вас все бесит, надо, прежде всего, знать, с чем именно вы пытаетесь справиться. Бороться с раздражителями напрямую обычно непродуктивно: если проблема в вас, то вы всегда найдете от чего беситься, даже если решите текущую проблему. Гораздо перспективнее работа над собой. Первый шаг такой работы — прислушаться к собственным эмоциям. Научиться опознавать оптимизм и пессимизм, вознаграждение и раздражение. Это сложнее, чем может показаться: большинству из нас трудно отделить свое «я» от собственных эмоций и вообще от работы мозга.

Основной помощник в деле самоанализа — нейробиология. Но на ее месте могут быть психология, философия, даже, прости господи, религия. Главное — чтобы у абстрактных, неуловимых чувств появились конкретные названия. Собственные эмоции надо знать в лицо — или по крайней мере по имени.

Николай Кукушкин
Источник: knife.media
Поделись
с друзьями!
687
7
22
1 месяц

Андрей Дементьев «Когда душа твоя устанет быть душой...»


Когда душа твоя
устанет быть душой,
Став безразличной
к горести чужой,
И майский лес
с его теплом и сыростью
Уже не поразит
своей неповторимостью.
Когда к тому ж
тебя покинет юмор,
А стыд и гордость
стерпят чью-то ложь, —
То это означает,
что ты умер...
Хотя ты будешь думать,
что живешь.

Андрей Дементьев
1964
Поделись
с друзьями!
1890
3
16
24 месяца

Крисализм, кенопсия, сондер: 10 названий эмоций, о которых вы не знали

Чтобы помочь нам разобраться с чувствами, которые мы не всегда можем выразить словами, психологи обращаются к понятию эмоционального интеллекта. Эта способность помогает распознавать не только радость и страх, но и более странные и сложные эмоции.

Некоторые из этих слов не имеют аналогов в русском языке, а у других даже нет зафиксированных словарных описаний, но это не мешает людям по всему миру использовать их, чтобы точнее выражать свои мысли.


Либеросис


Либеросис — желание освободиться от проблем, давления и несвободы во взрослой жизни. Либеросис испытывают те, кто хочет снова стать ребенком и не беспокоиться о насущных бытовых вопросах и своем будущем.

Слово впервые появилось в 2006 году в словаре Джона Кенига, студента колледжа Макалистер в Миннесоте. Молодой поэт составил словарь «Необъяснимой печали» для эмоций, которые ранее не описывались лингвистически в официальных источниках.

Вемодален


Это чувство испытывают многие владельцы аккаунтов в Instagram. Вемодален — ощущение от невозможности уникально запечатлеть какое-то событие, объект или пейзаж. Например, вы восхищаетесь закатом и хотите, чтобы подписчики прониклись тем же чувством. Но при этом понимаете, что все они видели десятки фотографий с таким же красивым закатом, и ваша станет лишь одной из них. Иными словами, вемодален — это желание создать нечто выдающееся, сопряженное с пониманием того, что ваше произведение не может быть уникальным.


Крисализм


Крисализм — состояние, подобное чувствам ребенка в утробе матери. Оно возникает, когда вы находитесь в теплом, уютном доме, а за окном — гроза и ливень. Если вы чувствуете абсолютную защищенность, комфорт, отсутствие страхов за будущее, можете смело называть эту эмоцию крисализмом. Кстати, с латинского сhrysalis переводится как «куколка», «кокон», что максимально точно описывает это чувство.

Кенопсия


Ощущения, которые возникают в заброшенном месте, где когда-то кипела жизнь. Такие эмоции схожи с чувствами от просмотра триллера и многим кажутся жуткими и неприятными, а кому-то нравятся неизвестностью и загадочностью. Заброшенные дома, больницы и целые города притягивают людей, стремящихся понять их красоту. В интернете существуют сообщества фотографов-любителей, которые собирают информацию о подобных местах. Одно из них так и называется — Kenopsia.

Андронитис


В общении с людьми принято постепенно раскрываться, узнавать друг друга, прежде чем назвать взаимоотношения настоящей дружбой. Андронитис — чувство, которое возникает при знакомстве с новым приятным человеком. Это момент, когда вы понимаете, сколько времени потребуется на то, чтобы развить отношения, хотите ускорить этот процесс, минуя длительную последовательность формальных диалогов. Эмоция также может возникнуть, когда вы понимаете, что продолжить общение невозможно, например, со случайным попутчиком.


Энюмен


Чувство сожаления о своих переживаниях в прошлом, которое в итоге привело к счастливому настоящему. Это желание вернуться назад и сказать самому себе, что все будет хорошо и нет смысла нервничать о предстоящих событиях. Эмоция знакома всем, кто сдавал экзамены, готовился к собеседованию и решился на кардинальные перемены в жизни. Будто вы хотите сказать себе в прошлом: «Все будет хорошо, тебе не о чем беспокоиться».

Жуска


Когда предъявили претензию, оскорбили или зло пошутили, не каждый способен моментально подобрать правильные слова, поддаваясь эмоциям гнева и растерянности. Жуска — тревожное чувство: вы многократно повторяете в голове диалог из реальной прошедшей или гипотетической ситуации, которая вас тревожит. В этом воображаемом диалоге вы становитесь победителем, многократно обыгрывая события и находя оптимальные слова, обезоруживающие оппонента.

Сондер


Сайт Thought catalog описывает это чувство как осознание уникальности и между тем общности. В этом состоянии вы вдруг понимаете, что каждый из случайных прохожих — отдельный человек, живущий своей насыщенной жизнью, в которой есть семья, друзья, проблемы, переживания, стремления и заботы. Эту эмоцию можно испытать, например, разглядывая незнакомцев в вагоне метро: каждый из них — отдельный мир.


Гигил


Это эмоция, знакомая каждому, но описанная только в филиппинском словаре тагальского языка. Гигил — желание ущипнуть, укусить или очень крепко обнять человека, которого вы любите. Многие описывают его словами «так бы и съел». Обычно это чувство умиления, которое возникает при общении с маленькими детьми или животными, или состояние, связанное с переизбытком чувств. Впервые о термине заявил Тим Ломас, психолог из Университета Восточного Лондона. Начиная с 2013 года он собирал иностранные слова, описывающие чувства, знакомые людям во всем мире. Так появился «Всемирный словарь счастья». Проект был опубликован в октябре 2018 года в научном издании Journal of Positive Psychology and Wellbeing.

Иктсуарпок


Как назвать воодушевленное состояние, которое возникает, когда вот-вот должен прийти долгожданный гость, а его все нет? Предвкушение, ожидание, беспокойство? Вы начинаете смотреть на часы, звонить приглашенному, выглядывать в окно и никак не можете успокоиться и заняться своими делами. На языке иннуитов эта эмоция называется iktsuarpok.

Источник: rbc.ru
Поделись
с друзьями!
1038
18
29
26 месяцев

О приятных неожиданностях


Тридцать лет назад работала я психологом в северном финском городке. Недалеко от полярного круга. Вокруг бескрайние леса, холмы и озера. Еще не тундра, сосны высокие и березы, но все же настоящий север. Народ живет на хуторах и в маленьких селах. От села до села можно ехать час и никого не встретить.

Два раза в месяц я принимала клиентов в самой дальней деревне. Машины у меня не было, приходилось ездить на попутных или на автобусе. Чаще на автобусе - мало кто ездил из деревни, особенно, зимой. Продукты привозил магазин-фургон.

Для приема клиентов мне предоставляли кабинет ветеринара. Сам он давно был на пенсии. Клиентам помещение нравилось, успокаивало и наводило на приятные мысли. На стенах висели старые плакаты с толстыми коровами и козами, похожие на те, что я видела в детстве у бабушки в колхозе: Хорошее здоровье и веселое настроение дадут нам пахта и простокваша!

31 декабря я закончила прием раньше обычного - клиенты с утра уже праздновали, так что явился только один, пожилой человек, у которого пришельцы с Юпитера уже лет десять нахально воровали стаканы и ложки, а также отливали бензин - им не хватало на обратный путь. Зимой он себя чувствовал лучше, пришельцы являлись реже, видимо, боялись морозов.

В три часа я уже была свободна, оделась и побежала к шоссе по узкой дорожке между сугробов. Мороз был крепкий. Солнце уже село.

Скоро пришел автобус. Людей в нем было человек десять, все, по финской привычке, сидели по одному, молча, уткнувшись в окна и газеты. Я тоже села у окна. Помню, как я была рада, что скоро приеду домой и успею приготовить новогодний ужин.

Автобус мчался по расчищенной дороге, мимо заснеженных холмов, машин навстречу не попадалось. В то время еще не было мобильных телефонов, так что тишину нарушал только мягкий гул мотора и тихое бормотание радио у шофера. Я рано встала в тот день, поэтому задремала. И не сразу поняла, почему окно вдруг оказалось подо мной. Финны - люди сдержанные, так что никаких криков не было, раздались только несколько сдавленных восклицаний непечатного характера. Радио продолжало тихо играть польку.

Какой-то высокий парень помог мне выбраться, я выпрыгнула из двери в сугроб и сразу провалилась по пояс. Автобус полулежал, упершись в толстенную сосну. Вокруг был темный лес. Над деревьями ярко горели звезды.

Кто-то успокаивал водителя, который явно был не в себе. Он методически стучал кулаком по своей голой голове. Во мне проснулся психолог, я сказала:

- Дайте ему шапку, будет мягче.

Удостоверившись, что никто из нас не пострадал и находится в полном порядке, за исключением некоторого нервного расстройства у водителя, мы решили идти вперед по шоссе и искать людей. Один мужчина сказал, что до ближайшего села километров тридцать, к новому году точно дойдем. Если, конечно, не замерзнем. Мороз крепчал.

Шапку водителя нашли, мы вскарабкались на шоссе. Оно было совершенно темное. Поэтому мы все сразу увидели впереди огонек. Я и не знала раньше, как это прекрасно - увидеть огонек в темноте.

Дружной толпой мы побежали вперед и через несколько минут оказались перед старым домишком, обшитым темно-красными досками. В оконце горел свет.

Помню, что никто даже не постучал, мы просто открыли дверь и вошли. Из сеней прошли в горницу, пиртти, как ее называют финны. Там за столом с кружкой в руке сидела маленькая старушка. Она изумленно смотрела на нас, как на пришельцев с Юпитера.

Все заговорили разом и стали рассказывать, что случилась авария, что автобус съехал с дороги в кювет, что водитель, кажется, тоже съехал с катушек и нужно позвонить в полицию.

Постепенно до старушки дошло. Она невероятно обрадовалась и бросилась к печке. Достала пирог и трясущимися руками стала наливать в кофейник воду...

К счастью, в доме был телефон. Обычный черный старинный телефон. Кто-то начал звонить в полицию. Я спросила:

- Можно я позвоню в детский сад? Мой ребенок...

Старушка замахала руками:

- Конечно! Звоните все! Небось родные-то беспокоятся!

- Я тоже позвоню, - сказал высокий парень. - Я оставлю пару марок тут, у телефона.

В то время телефонные разговоры в Финляндии стоили дорого. Компании брали за каждую минуту, даже если звонишь в соседний дом.

Старушка сказала:

- Не надо никаких денег!

Все начали звонить домой. Высокий парень подмигнул и указал на блюдечко. Люди потихоньку клали туда монетки и даже бумажные купюры.

Полицейские прибыли через полчаса, а через час приехал и другой автобус. Все это время мы сидели за столом, ели калакукко - ржаной пирог с ряпушками и пили кофе с вареньем из брусники. Старушка сидела во главе стола. Щеки ее раскраснелись, она улыбалась довольно и гордо, как маленькая старая королева. Когда мы уезжали, она вышла нас проводить и сказала:

- Вот и у меня в этом году были гости! Хорошего нового года!

И сейчас вижу, как стоит на крыльце покосившегося домишки сгорбленная фигурка в клетчатом платке... Стоит и счастливо улыбается...

Что сказать еще? Бывает, что мы сворачиваем с дороги. Опаздываем. Падаем в снег. Оказываемся не там, где хотели. Бывает вокруг темно и холодно. И одиноко, и страшно.

Но кто-то зажигает огонек. И неизвестная дорога удивительным образом приводит нас туда, куда надо. Где нас согреют и где и мы можем кого-то согреть.

Елена Вяхякуопус
Поделись
с друзьями!
2676
5
28
26 месяцев

Движение и эмоции в картинах художника Betty Acquah

Движение и эмоции пронизывают радостные, пуантилистические картины ганской художницы Бетти Аква (Betty Acquah). Изображая танцующих детей, костюмированные группы и, одновременно, их окружение, Аква передает праздничные моменты, размывая сцены бесчисленными акриловыми точками.


«Фон повторяет движение фигур и, следовательно, создает пульсирующую поверхность, которая оживляет композицию», — рассказывает она. «Распространение цветовых пятен, из которых состоит предмет, на задний план и наоборот, создает иллюзию движения».


Каждая деталь, состоящая из множества слоёв, размывает определяющие черты фигур, превращая их в безликих, обычных людей. «Женщины — невоспетые героини Республики Гана», — говорится в заявлении галереи Куаба, которая представляет художника. «Изображения, которые она создаёт, рассказывают об обычных женщинах, мужественно работающих на благо великой Ганы».


Родившаяся недалеко от Атлантического океана, Бетти Аква в настоящее время пишет пляжные пейзажи, воздушные, абстрактные композиции и акцентирует внимание зрителя на связи между молодыми женщинами и их социально-экономическим статусом.


Бетти Аква (Betty Acquah) родилась в Кейп-Косте, в Центральном регионе Ганы, Западная Африка. Она посещала среднюю школу для девочек Уэсли и школу Святого Ребенка в Кейп-Косте. Затем поступила в Университет науки и техники Кваме Нкрумы (KNUST), Кумаси, на курс искусств, где получила степень бакалавра (с отличием) первого класса. Позже она закончила программу M.F.A (Живопись) в том же университете после профессионального курса по искусству в Токийской школе искусств (T.S.A) в Токио, Япония.


Она работала в Художественной галерее Центра национальной культуры, регион Большая Аккра, Аккра с 1989 по 1993 год. Позже она работала в художественной галерее Берджа также в Аккре с 2002 по 2005 год.


Бетти является полноправным членом Ассоциации визуальных художников Ганы (GAVA), которая является одним из агентств при Министерстве культуры. Бетти выставляла свои картины в Гане, Нигерии, Великобритании, Индии, Германии, Испании, Японии и США.






Бетти Аква также пишет пейзажи в своей удивительной технике.






Источник: www.berjartgallery.com
Поделись
с друзьями!
766
5
18
28 месяцев
Уважаемый посетитель!

Показ рекламы - единственный способ получения дохода проектом EmoSurf.

Наш сайт не перегружен рекламными блоками (у нас их отрисовывается всего 2 в мобильной версии и 3 в настольной).

Мы очень Вас просим внести наш сайт в белый список вашего блокировщика рекламы, это позволит проекту существовать дальше и дарить вам интересный, познавательный и развлекательный контент!