Умберто Эко о том, почему нужно развивать память и почему ее слабость — наше проклятие

Потрясающее письмо итальянского писателя и философа Умберто Эко о том, почему нам нужно снова тренировать свою память и как это повлияет на нашу жизнь!


Умберто Эко, итальянский писатель и философ, написал потрясающее по своей мудрости и глубине письмо, которое адресовано его внуку. Оно называется «Дорогой внук, учи наизусть». Главная мысль в нем о том, что мы страдаем от плохой памяти и создаем себе, вместо ее тренировки, костыли в виде Гугла, гаджетов и различных веб-сервисов.

Мы ограничиваем свою жизнь своей собственной и игнорируем опыт прошлых поколений. Прочтите его полностью и признайтесь себе, что с памятью нужно что-то делать и это не вопрос утилитарный, это вопрос понимания мира и происходящего в нем. Это вопрос выживания!

"Наступит день, и ты состаришься, но ты будешь чувствовать, что прожил тысячу жизней, как если бы ты участвовал в битве при Ватерлоо, присутствовал при убийстве Юлия Цезаря, побывал в том месте, где Бертольд Шварц, смешивая в ступке различные вещества в попытке получить золото, случайно изобрел порох и взлетел на воздух (и так ему и надо!) А другие твои друзья, не стремящиеся обогатить свою память, проживут только одну собственную жизнь, монотонную и лишенную больших эмоций.

Я хотел с тобой поговорить о болезни, которая поразила твое и предыдущее поколение, которое уже учится в университетах. Я говорю о потере памяти.

Память подобна мускулам — её надо тренировать


Это правда, что если ты захочешь узнать, кто такой Карл Великий или где находится Куала-Лумпур, то ты сможешь нажать на кнопку и тотчас узнать все из интернета. Делай это, когда тебе нужно, но, получив справку, старайся запомнить ее содержание, чтобы не искать вторично, когда эти знания тебе понадобятся в школе, например. Плохо то, что понимание того, что компьютер может в любой момент ответить на твой вопрос, отбивает у тебя желание запоминать информацию.


Этому явлению можно привести следующее сравнение: узнав, что с одной улицы до другой можно добраться на автобусе или метро, что очень удобно в случае спешки, человек решает, что у него больше нет необходимости ходить пешком. Но если ты перестанешь ходить, то превратишься в человека, вынужденного передвигаться в инвалидной коляске. О, я знаю, что ты занимаешься спортом и умеешь управлять своим телом, но вернемся к твоему мозгу.

Память подобна мускулам твоих ног. Если ты ее перестанешь упражнять, то она станет дряблой, и ты (будем говорить без обиняков) превратишься в идиота. Кроме того, все мы в старости рискуем заболеть болезнью Альцгеймера, и один из способов избежать этой неприятности заключается в постоянном упражнении нашей памяти.

Расширяйте возможности мозга за счёт упражнений


Каждое утро выучивай какое-нибудь короткое стихотворение, как заставляли нас делать в детстве. Можно устраивать соревнование с друзьями на лучшую память. Если тебе не нравится поэзия, то ты можешь запоминать состав футбольных команд, но ты должен знать игроков не только команды Римского клуба, но и игроков других команд, а также их состав в прошедшие времена (представь, что я помню имена игроков Туринского клуба, бывших на борту самолета, потерпевшего крушение на холме Суперга: Бачигалупо, Балларин, Марозо и так далее).

Состязайтесь в том, кто лучше помнит содержание прочитанных книг (кто был на борту «Испаньолы», отправившейся на поиск острова сокровищ? Лорд Трелони, капитан Смоллетт, доктор Ливси, Джон Силвер, Джим…) Выясни, помнят ли твои друзья имена слуг трех мушкетеров и д’Артаньяна (Гримо, Базен, Мушкетон и Планше)… А если ты не хочешь читать «Трех мушкетеров» (хотя ты не знаешь, что при этом теряешь), то проделай подобную игру с той книжкой, которую ты прочел.


Это кажется игрой, да это и есть игра, но ты увидишь, как твоя голова наполнится персонажами, историями и самыми разными воспоминаниями.

Ты спросишь, почему когда-то компьютер называли электронным мозгом. Это потому, что он был задуман по модели твоего (нашего) мозга, но у человеческого мозга — больше связей, чем у компьютера.

Мозг — это такой компьютер, который всегда с тобой, его возможности расширяются в результате упражнений, а твой настольный компьютер после продолжительного использования теряет скорость и через несколько лет требует замены. А твой мозг может прослужить тебе до 90 лет, и в девяносто лет, если ты будешь его упражнять, ты будешь помнить больше, чем помнишь сейчас. Он, к тому же, бесплатный.

Узнавайте, что происходило до вашего рождения, чтобы лучше понимать настоящее
Есть еще историческая память, которая не связана с фактами твоей жизни или с тем, что ты прочитал. Она хранит те события, которые случились до твоего рождения.

Сегодня, если ты отправляешься в кинотеатр, ты должен прийти к началу фильма. Когда фильм начинается, то тебя как бы все время ведут за руку, объясняя, что происходит. В мои времена можно было войти в кинотеатр в любой момент, даже в середине фильма. Множество событий случалось до твоего прихода, и приходилось домысливать то, что происходило ранее. Когда фильм начинался сначала, можно было увидеть, правильна ли твоя реконструкция. Если фильм нравился, то можно было остаться и посмотреть его еще раз.

Жизнь напоминает просмотр фильма в мои времена.


Мы рождаемся в момент, когда уже произошло множество событий на протяжении сотен тысяч лет, и важно понять, что же случилось до нашего рождения. Это нужно для того, чтобы лучше понять, почему сегодня происходит столько новых событий.

Сегодня школе (помимо твоего собственного круга чтения) следовало бы научить тебя запоминать то, что случилось до твоего рождения, но ей это плохо удается. Различные опросы показывают, что сегодняшняя молодежь, даже и университетская, рожденная в 1990 году, не знает, а, может быть, не хочет знать о том, что происходило в 1980 году, уже не говоря о том, что было 50 лет тому назад. Статистика говорит, что когда молодых людей спрашивают, кто такой Альдо Моро, то они отвечают, что он возглавлял «Красные бригады», а ведь он был убит членами этой подпольной леворадикальной организации.

Деятельность «Красных бригад» для многих остается тайной, а ведь они присутствовали на политической сцене всего лишь тридцать лет тому назад. Я родился в 1932 году, через десять лет после прихода фашистов к власти, но я знал, кто был премьер-министром во времена марша на Рим. Может быть, в фашистской школе мне рассказали о нем, чтобы объяснить, каким глупым и плохим был этот министр («трусливый Факта»), смещенный фашистами. Пусть так, но я знал об этом.

Но оставим в стороне школу. Сегодняшняя молодежь не знает артисток кино двадцатилетней давности, а я знал, кто такая Франческа Бертини, снимавшаяся в немом кино за двадцать лет до моего рождения. Может быть, так было, потому что я листал старые журналы, сваленные в кладовке нашего дома. Я и тебе предлагаю перелистывать старые журналы, потому что это помогает понять то, что происходило до твоего рождения.


Почему так важно знать о событиях далёкого прошлого


Потому что часто подобные знания помогают понять ход сегодняшних событий и в любом случае, как знание состава футбольных команд, помогают обогатить нашу память.

Учти, что ты можешь тренировать свою память не только с помощью книг и журналов, но и с помощью интернета. Он пригоден не только для того, чтобы болтать с твоими друзьями, но и для изучения мировой истории. Кто такие хетты и камизары? Как назывались три корабля Колумба? Когда вымерли динозавры? Был ли штурвал на Ноевом ковчеге? Как назывался предок быка? Сто лет тому назад водилось больше тигров, чем сейчас? Что ты знаешь об империи Мали? Кто рассказал о ней? Кто был вторым Папой в истории? Когда был создан Микки Маус?

Я мог бы продолжать задавать вопросы до бесконечности, и они стали бы прекрасными темами для исследования. Все это надо помнить. Наступит день, и ты состаришься, но ты будешь чувствовать, что прожил тысячу жизней, как если бы ты участвовал в битве при Ватерлоо, присутствовал при убийстве Юлия Цезаря, побывал в том месте, где Бертольд Шварц, смешивая в ступке различные вещества в попытке получить золото, случайно изобрел порох и взлетел на воздух (и так ему и надо!). А другие твои друзья, не стремящиеся обогатить свою память, проживут только одну собственную жизнь, монотонную и лишенную больших эмоций.

Итак, обогащай свою память и завтра выучи на память «La Vispa Teresa».

Перевод письма Умберто Эко выполнен сайтом inosmi.ru
Источник: inosmi.ru
Поделись
с друзьями!
786
5
12
1 месяц

10 важных вопросов о памяти: отвечает нейрофизиолог Ольга Сварник

Мы собрали в этой статье то, о чём вы так хотели узнать, но стеснялись спросить. Ольга Сварник -
декан факультета наук о жизни Московского института психоанализа, кандидат психологических наук, отвечает на самые интересные вопросы о функционировании нашей памяти.


1. Есть ли специальный отдел мозга, отвечающий за память?


Нет такого отдела. Так думать о мозге — это прошлый век. За память отвечают отдельные группы нейронов. Формирование памяти о каком‑то событии — это образование нейронной группы, которая теперь с этим событием связана. И мы не можем сказать, что она находится в каком‑то определённом месте мозга. Это не так.

Сегодня учёные уже знают: когда мы не можем вспомнить какое‑то событие или факт, это значит, что у нас нет доступа к активности нейронной группы, которая отвечает за это конкретное воспоминание. Вы чего‑то не помните — значит, определённую нейронную группу «вытащить» не можете. Почему‑то она не выходит на связь, не работает.

Раз нет специального места для хранения воспоминаний, то не может быть и никакой их резервной копии. Но она и не нужна. И вот почему.

Сами нейронные группы обширные, и их очень много. Например, вы помните, как вас зовут. За это отвечают специальные нейронные сети. Их немало — так же, как и нейронов в каждой. Если условная пара‑тройка нейронов по каким‑то причинам перестанет работать, вы всё равно не забудете своё имя. Ведь сеть обширна, и в ней есть параллельные структуры. Можно сказать, что в нейронных группах больше материала, чем необходимо для работы, эта система выстроена с запасом. Поэтому резервных копий не нужно.

2. Можно ли специально вспомнить то, что давно забыл, если будет очень нужно?


Да, можно попробовать найти доступ к той нейронной сети, которая за это содержание отвечает. Попытайтесь сделать это, отправившись в то место, где произошёл нужный эпизод. Или где вы запоминали важную информацию. Ещё можно попробовать разблокировать доступ к нейронной группе через запахи, через звуки или через какие‑то другие ощущения.

Мы воспринимаем всё происходящее в комплексе, эпизодами. Вот сейчас вы и я проживаем определённый эпизод. Вы отдаёте себе отчёт, где находитесь, какое сейчас время, какой жизненный этап вы проходите. Понимаете, что было вчера, что ждёт вас завтра. Всё это — уникальная комбинация активности нейронов в вашем мозге. Она со временем будет меняться, и вы можете забыть подробности происходящего. Но если захотите вернуться в этот эпизод, то через многочисленные детали вы можете попробовать это сделать.

3. Почему для того, чтобы что‑то запомнить, нужно несколько раз это повторить?


Потому что через повторение вы увеличиваете возможности доступа к нужной записи в вашем мозге. Да, мы все живём эпизодами. Но чаще всего, когда мы говорим о памяти, имеем в виду лишь информацию, которую нужно удержать и потом куда‑то передать. А о других деталях ситуации, в которой вы находились, когда что‑то запоминали, у вас никто не спросит. Но они важны для памяти.

Студенты, например, запоминают тонны информации и потом на экзамене демонстрируют свои знания. Вот что им можно посоветовать.

Допустим, вы что‑то учите в одной обстановке, потом в другой. Затем вы третьему человеку об этом расскажете. Так вы проживёте больше эпизодов, связанных с этим содержанием. А значит, каждый раз, когда вы захотите реактивировать знания, вам будет легче достать информацию. Ведь нейронная группа с нужным содержанием окажется обширней, и число точек доступа к ней увеличится.

И чем больше будет непохожих эпизодов, которые различаются запахами, звуками, антуражем, тем проще вам будет что‑то вспомнить.


4. Может ли память быть перегруженной? Бывает ли, что больше информации добавить уже нельзя?


Память принято делить на кратковременную, долговременную и среднюю (промежуточную). И долговременную, судя по всему, перегрузить нельзя. А вот кратковременную — очень легко. Представьте, что у вас непрерывно происходит что‑то новое. Сейчас одно, через полчаса другое. Кроме того, вам необходимо запомнить какую‑то свежую информацию, а через четверть часа понадобится выучить ещё что‑то незнакомое.

Вся новая информация, которую мы воспринимаем, держится в кратковременной памяти за счёт импульсной активности нейронов. В этой памяти всё время создаются новые рисунки. Они же — нейронные группы.

Когда их слишком много, рисунки начинают путаться. Так возникает перегрузка.

Возможность вернуться к определённой группе сохраняется около часа. Нейронная сеть может стать стабильной за счёт наращивания взаимодействий и укрепления связей внутри неё. Но если таких групп слишком много, то нет возможности определить, какие из тех, что сейчас активны, нужно стабилизировать. И если кажется, что устал, голова не работает и больше ничего запомнить не можешь, это значит, что перегружена именно кратковременная память.

Ну а если говорить о долговременной, то, насколько я знаю, никому пока не удалось исчерпать все её возможности. Просто надо правильно туда всё складывать, не перегружая кратковременную.

5. От чего зависит, хорошая у человека память или не очень?


Как я понимаю, это понятие относится к долговременной памяти. Здесь получается следующая вещь. Когда мы говорим, что у человека совсем плохо с памятью, то речь идёт только о нейродегенеративных заболеваниях, при которых нейроны умирают. И соответственно, пропадает информация, которую они хранили.

Но во всех остальных случаях человек что‑то забывает, а что‑то всё равно помнит. Понимаете, вам может быть сложно справляться с информацией, с которой вы только что познакомились, потому что у вас нейронных групп в этой жизненной сфере нет совсем. Зато в другой области их полно.

Если в памяти уже есть нейронные сети, связанные с определённой сферой, то новую информацию на эту же тему будет запомнить гораздо проще, чем вообще незнакомую.

Так, людям, которые занимаются любимым делом, обычно несложно хранить и накапливать знания о своём хобби. А когда им говорят: нужно запомнить бестолковую информацию и потом её воспроизводить — у большинства начинаются проблемы. Потому что трудно что‑то запомнить, если нет ни опыта, ни знаний в новой области. Вот поэтому люди и жалуются на память.

6. Если человек хочет улучшить память, как ему этого добиться? Что делать?


Чаще всего речь идёт о том, что человек хочет лучше запоминать тексты, цифры и прочее. Есть даже соревнования в этой сфере. Например, в Соединённых Штатах — люди приезжают и запоминают на конкурсе огромное количество новых для них текстов, информации и всего прочего. Для тренировки они, как правило, связывают сведения с определённым пространством. То есть мысленно расставляют информацию, которую нужно запомнить, по какими‑то знакомым местам.

Наш мозг в эволюции развивался так, чтобы отлично взаимодействовать именно с пространством. То есть с окружающим нас миром. Человеку всегда важно было понять, где найти еду, куда ходить не нужно, где опасно и так далее. Существуют даже специальные нейроны места, которые помогают запоминать окружающую обстановку. Поэтому привлекать для запоминания пространство — это, наверное, один из самых оптимальных советов.

Люди, которые таким образом тренировали свою память, великолепно справлялись с задачами на запоминание. Очень вероятно, что именно нейроны места у них работают в гораздо большей степени, чем у остальных.


7. Могут ли улучшить память лекарства, витамины или какая‑то специальная еда?


Всё дело в том, чтобы нейроны работали правильно. Они должны возбуждаться или генерировать импульсы в определённом порядке. Каждый нейрон должен вступать в нужное время — как музыканты на концерте начинают играть в строго определённый момент.

Для того чтобы быть активными, возбуждаться или генерировать импульсы, нейронам необходимо довольно много разнообразных веществ. Это кислород, глюкоза, разнообразные микроэлементы, без которых клетки, и в том числе нейроны, не живут. Эти вещества им предоставляет организм.

Большинство людей считает, что они могут есть не самую полезную пищу и при этом всё будет хорошо. Энергию же они получают — и достаточно. На самом деле нет.

Организм должен существовать в определённом балансе микроэлементов. Но часто он нарушается, и это не даёт нейронам нормально работать. Они вступают не тогда, когда нужно, не вовремя, и их мелодия искажается. Поэтому, конечно, стоит питаться более‑менее правильно. Нам нужны разнообразие и баланс.

И вот ещё что важно. Огромная проблема для нейронов — плохой кровоток, нарушение здорового кровообращения. Значит, если поддерживать сердечно‑сосудистую систему в порядке, то и мозгу будет значительно комфортнее и память будет лучше. Если, конечно, не забывать при этом также о балансе микроэлементов и витаминов в пище.

8. Почему с возрастом память становится хуже?


С возрастом ухудшается работа клеток. Можно было бы обвинить во всём кровоток, потому что с годами сердечно‑сосудистая система может работать хуже. Но это лишь одна из причин. Чтобы найти другие, нужны дополнительные исследования.

Посмотрим на экспериментальные данные. Мы берём студентов, которые запоминают во время исследований кучу картинок и слов. А потом приглашаем пожилых людей. И оказывается, что у них результаты ниже. Но считается, что это не обязательно к худшему. Появилась тенденция интерпретировать эти результаты не как плохую память, а, наоборот, как мудрость. Ведь на самом деле человеку незачем запоминать бессмысленные вещи.

Кроме того, сегодня появились данные, что здоровое старение не показывает таких серьёзных изменений в когнитивной сфере, как это представлялось раньше. Поэтому, наверное, нельзя сказать, что память с возрастом портится всегда.

9. Правда ли наш мозг может менять и приукрашивать воспоминания?


Да, мозг на самом деле может модифицировать воспоминания. Это происходит постоянно. И вот почему. Когда вы наблюдали какое‑то событие, работала определённая нейронная группа. С тех пор она несёт информацию о том эпизоде. Но проблема в том, что каждый раз, когда вы вспоминаете его, одновременно происходят иные события. И та группа активизируется на фоне каких‑то других нейронов. Теперь состав сети чуть меняется — к ней добавляются нейроны, связанные с нынешней ситуацией.

Поэтому, если вы хотите сохранить какой‑то ценный эпизод в памяти, было бы, наверное, хорошей рекомендацией не вспоминать его. Или вспоминать как можно реже.

А если, наоборот, что‑то не очень хорошее произошло и вы хотите этот эпизод переживать не так остро, имеет смысл делиться этим воспоминанием, проговаривать его. Тем самым вы модифицируете нейронную группу, которая связана с этим эпизодом, и она понемногу становится другой.

Можно сказать, что в памяти каждый раз всплывает не сама изначальная ситуация, а наше предыдущее воспоминание о ней. И вот вам уже не так больно. Прежняя острота переживаний сгладилась, потому что нейронная группа теперь чуть‑чуть иная.

10. Почему мы не помним себя совсем маленькими?


Здесь есть несколько любопытных гипотез. Первая связана с тем, что в воспоминаниях крошечных детей нет языка. И они просто не могут описывать сознательно, что тогда произошло.

Вторая гипотеза говорит, что дело может быть в молодых нейронах, которые рождаются в том числе и у взрослого организма. У нас есть по крайней мере две зоны, где из стволовых клеток непрерывно образуются новые нейроны. И вот на грызунах было показано, что количество и повышенная активность этих новых нейронов связаны с тем, что ранние воспоминания меняются. Ведь молодые нейроны нужны не только для запоминания новой информации. У них двоякая роль — они меняют и уже имеющиеся группы.

Возможно, именно молодые нейроны виноваты в том, что мы не помним себя совсем маленькими. Ведь эксперименты показали, что у грызунов тоже есть детская амнезия. Но у них вряд ли есть язык, подобный нашему.
Источник: lifehacker.ru
Поделись
с друзьями!
901
6
3
2 месяца

Как запомнить что угодно и не потерять голову: научный подход к обучению

Тотальная память — плохо для мозга. Чтобы детально запомнить событие, стоит о нем вспоминать как можно реже. Чем больше вы знаете по теме, тем больше новой информации вы запомните. Но если информации будет слишком много, то не вся она будет зафиксирована в мозге.


Мало кто знает, что первая техника запоминания значительно старше первых теорий о памяти. К тому моменту, когда Платон с Аристотелем начали дискутировать о памяти как «восковой дощечке в душе», древнеримские и древнегреческие философы и поэты уже вовсю пользовались техниками запоминания. В частности, популярным по сей день методом «умственной прогулки», которую, согласно легенде, еще в V веке до нашей эры придумал древнегреческий поэт Симонид Кеосский.

Следуя этой технике, для запоминания и тренировки памяти следует использовать знакомое вам место, например вашу квартиру, и мысленно наполнять его предметами, которые будут ассоциироваться с тем, что вам нужно запомнить. И каждый раз, когда вам понадобится эта информация, достаточно будет мысленно пройти привычным путем по этому «дворцу памяти».

Именно так чемпионы по запоминанию воспроизводят десятки тысяч знаков числа Пи. Разумеется, можно предположить, что их мозг структурно отличается от мозга среднестатистического человека. Но это предположение в 2002 году опровергла специалист по нейронаукам Элеонор Магуайр. Она сравнила сканы мозга рекордсменов и обычных людей — и не нашла никаких дополнительных отделов мозга. В чем же секрет?


«Мы знаем, что память — эмерджентный феномен. Это системное свойство, которое не сводимо к отдельному обособленному элементу. Это результат работы не отдельного нейрона, не целого мозга и даже не всего организма, а живого существа, находящегося в непрерывном взаимодействии с объектами окружающей среды. Просто так вы ничего не вспомните — вы всегда вспоминаете, находясь в рамках конкретной деятельности, контактируя всем телом с объектами окружающей среды. В рамках этих процессов и фигурирует память. А мозг — просто хранилище данных, замечательно устроенное. Оно обеспечивает поставку данных для регуляции поведения», — рассказывает Иван Хватов, кандидат психологических наук, эволюционный психолог, руководитель научно-образовательного центра биопсихологических исследований, соавтор образовательных программ факультета наук о жизни Московского института психоанализа.


Ученые разобрались, как формируется память, но лишь в общих чертах. Мы знаем, что пока человек думает, ощущает и наблюдает за миром вокруг, «фейерверк» активности между нейронами укрепляет синаптические связи и тем самым на физическом уровне формируются наши воспоминания и знания. Мы знаем, что разные отделы мозга отвечают за разные физиологические процессы, которые обеспечивают память. Мы знаем, что память бывает разная: эксплицитная память о фактах и событиях, имплицитная память, к которой, например, относятся навыки и процедуры, — и за них тоже отвечают разные области мозга. За физическое закрепление эксплицитных знаний отвечает гиппокамп. Мы знаем и то, что связи между нейронами динамичны. Но многие вопросы остаются открытыми:


«Есть ли качественные различия в физиологических процессах запоминания разных типов данных: визуально-кинестетических, аудиальных и так далее? Или, например, какую функцию выполняет нейрогенез у взрослых? Как он вообще осуществляется? Есть множество проектов, которые занимаются расшифровкой коннектома человека — всей сети связей между нейронами. И мы до сих пор на самом деле не знаем, как происходит считывание самых базовых данных, ощущений, из которых происходит синтез более сложных образов, перцепции, памяти. Остается масса черных пятен», — рассказывает Иван Хватов.


Как же тогда ученые изучают наш мозг? Достаточно ли мы знаем о нашей памяти, чтобы научно подходить к обучению? Почему важны сон и спорт? И можно ли «запастись» возможностями мозга и сохранить ясность ума в старости?

От нейронов — к ансамблям: основы работы мозга


Чтобы понять, как формируются новые «дорожки» между нейронами в тот момент, когда мы узнаем что-то новое, ученые пробовали отследить, какие гены активируются или «отключаются» в ходе такой активности (современные технологии позволяют это делать). Но это не дает полной картины, потому что большинство этих генов кодируют белки — и гораздо эффективнее было бы следить за концентрацией конкретных белков, ведь именно благодаря им в мозге происходят структурные изменения. Следить за ними гораздо сложнее, но ученые нашли выход.

В прошлом году группа ученых из Научно-исследовательского института Скриппса придумала, как с помощью метки в виде аминокислоты — азидонорлейцина (Azidonorleucine) — отслеживать появление новых белков от конкретного нейрона. При формировании новые белки включали в себя эту метку, и ученые получали возможность отслеживать их появление.

Эксперимент на мышах помог выявить изменения концентрации 300 различных белков, многие из которых отвечали за структуру и форму нейронов, а также их общение с другими клетками. То есть даже небольшая активность мозга спровоцировала продолжительные процессы по преобразованию связей между нейронами — мозг запомнил информацию.

И такой подход к изучению мозга уже получил признание. В нынешнем 2023 году самую престижную награду в сфере науки — Brain Prize — получили Майкл Гринберг, Кристина Холт и Эрин Шуман. Получили как раз «за революцию нашего понимания того, как нейроны управляют тысячами разных белков — строительными блоками жизни, необходимыми для поддержания развития, пластичности и работы мозга».

Есть и исследователи, которые идут другим путем — «от большего к меньшему», изучая «фейерверки» в мозге. Еще пару десятков лет назад, описывая в работах активность этого органа, ученые выстраивали последовательные цепочки частей мозга, участвующих в том или ином процессе, как будто это составляющие живого компьютера. Сегодня подход изменился: под каждую активность ученые выявляют «ансамбли» нейронов из разных областей органа.


Кстати, тут важно упомянуть, что нейроны не гомогенны: они морфологически похожи, но все же это разные клетки, которые даже в рамках одного морфологического или функционального класса отличаются длиной, размером и ветвистостью отростков, поэтому аналогия с «ансамблем» так хорошо работает. Они вступают в «игру» по очереди, в правильные моменты.

Поэтому и миф о том, что мы используем лишь 10 процентов нашего мозга, так нелеп. Во-первых, наш мозг всегда работает фоново, поддерживая жизнедеятельность нашего организма. Во-вторых, все его области важны — иначе бы большинство травм мозга не наносили бы вреда его возможностям. И наконец, мы отлично знаем, как выглядит состояние, при котором множество сетей нейронов из разных частей мозга начинают неконтролируемо отправлять сигналы — такое состояние называется генерализованным эпилептическим приступом. Поэтому важнее укреплять связи и увеличивать «ансамбли» нейронов — так мы накапливаем опыт, знания и воспоминания.

Объем, сложность и повторение — главные советы


На основе этих знаний о механике формирования «ансамблей» нейронов исследователи и дают советы о том, как эффективнее учиться.

Во-первых, вы просто физически не сможете выучить огромный объем незнакомой информации за один раз. И не потому, что у вас ограниченное количество нейронов.


«Достаточно ли нам нейронов, чтобы все запомнить? Это все равно что спросить, достаточно ли нам 33 букв русского алфавита, чтобы рассказать обо все на свете? Вроде хватает, ведь комбинации разные. Нейроны могут образовывать огромное количество новых связей, включаться в новые ансамбли. В этом плане нет предела, ну или мы его еще не нашли. После насыщенного дня действительно происходит перенасыщение рабочей памяти, на физиологическом уровне это связано с переизбытком токсичных метаболитов, накопившихся в мозге в результате длительной интенсивной работы. Кроме того, перенасыщение идет эмоциональное, вы начинаете сбиваться, отвлекаться. Устаете вы как субъект», — объясняет Иван Хватов.


Во-вторых, наращивайте сложность и объем. Чем больше «веточек» в вашем «ансамбле» нейронов по конкретной теме, тем больше у вас точек роста, тем больше вы сможете запомнить новой информации. И перед «добавлением» новых нейронов стоит активировать ваш «ансамбль», мысленно пробежавшись по тому, что вам уже известно.

При этом выстраивайте свои знания в систему, а не сваливайте как попало. У тех, кто просто учит ответы на вопросы и получает отличные оценки, не выстраивается целостная структура профессионализма. Ответьте себе на вопрос, чем вы хотите заниматься, и тогда из каждой дисциплины вы будете автоматически забирать полезное для вас. Может, оценки будут не самые лучшие, но зато сложится система знаний. А в будущем этот образ профессионализма может и трансформироваться.

В-третьих, регулярно повторяйте то, что вы хотите выучить. Причем не просто перечитывайте конспекты или книги, а меняйте формат повторения. Сперва перескажите лекцию другу, потом запишите, потом схематически нарисуйте усвоенную информацию.


«А лучше всего материал сохраняется, если сформировать к нему личное отношение. Самое простое — не согласиться с ним. Если концепция, теория, гипотеза кажется спорной — это хорошо! Вы будете искать контраргументацию и запомните его. Чем глубже вы проработаете материал, тем глубже он вплетется в семантическое пространство и тем легче вам будет его воспроизвести», — добавляет Иван Хватов, соавтор образовательных программ факультета наук о жизни Московского института психоанализа.


И последнее: помните, что вы учитесь не только тогда, когда активно повторяете, — мозг учится постоянно, перестраивая и обрабатывая ранее полученную информацию, укрепляя ее в долговременной памяти.

Кстати, несколько лет назад группа уважаемого нейробиолога Судзуми Тонегаве выяснила, что процессы кратковременной и долговременной памяти запускаются одновременно — информация не «перетекает» из одной в другую уже после формирования, как думали многие ученые. Просто долговременная память активируются постепенно, и чтобы она правильно все «запомнили», ей помогает кратковременная.

«Промывка» мозгов


Многочисленные исследования показали, что процессам запоминания и обработки информации помогает физическая активность. Ученые обоснованно предполагают, что причина в усилении кровообращения. А вот почему для хорошей работы мозга необходим сон, пока до конца не ясно.

Одно из составляющих воздействия сна было доказано около десяти лет назад. Оказалось, что в процессе сна спинномозговая жидкость активно «вымывает» из мозга токсичные продукты работы клеток. Это происходит и во время бодрствования, но, как показало исследование, проведенное в 2019 году учеными из Бостонского университета, лишь во время сна эти «волны» очищения становятся поистине огромными.


«Когда вы спите в фазе медленного сна, очень активно работает гиппокамп. Происходит консолидация и перезапись материала, который вы обрабатываете. Поэтому я всегда студентам говорю: если вы послушали лекцию, поучаствовали в семинарах, прочитали книгу, обязательно хорошо поспите. То же самое после подготовки к экзамену», — объясняет Иван Хватов.


Хотя исследователи по-прежнему дискутируют о конкретных механизмах влияния сна на формирование нейронных «ансамблей» на молекулярном уровне, общие эксперименты и исследования подтверждают, что сон для этого необходим. А вот учиться во сне, слушая лекции, не получится. Правда, не так давно ученые подтвердили способность мозга запоминать иностранные слова во сне — однако лишь в конкретной фазе сна. Более того, эффект оказался хоть и достаточно заметным для фиксирования, но крайне незначительным.

Тотальная память — плохо, а забывание — хорошо


В своей непрекращающейся активности мозг постоянно «переписывает» наши знания. Каждый раз, когда мы сталкиваемся с новой задачей, мы переписываем старый опыт, добавляя к нему новый. С возрастом у нашего мозга становится все меньше ресурсов для того, чтобы добавлять новую информацию, поэтому пожилые люди «учатся» за счет того, что лишь перестраивают старый опыт — и поэтому часто забывают то, что раньше знали.

Можно ли «запастись» возможностями мозга? Это примерно то же самое, что спросить, а можно ли запастись витаминами на зиму, поедая фрукты летом. Тем не менее вы можете выработать привычку, предрасположенность к тому, чтобы регулярно приобретать новые данные и поддерживать «юность ума». Например, если человек регулярно занимается физкультурой, поддерживает мышечный тонус, дает себе полезные нагрузки, то, скорее всего, и в старости он будет здоровым. То же самое происходит с психикой и мозгом.


«Тренировки мозга должны быть настоящими нагрузками. Я своим студентам часто говорю: если вы прочитали книгу, и она показалась простой, то это плохая книга. Потому что она должна показаться вам немного сложной. Не запредельно сложной! Но у вас должны чуть повернуться „шестеренки”, извините за выражение. Значит, эта книга обеспечила вас фактами, которые не вписываются сразу в вашу картину мира. Вы сидите, страдаете по поводу того, как эти факты туда впихнуть. И это правильно! Иначе вы не нагружаете себя», — объясняет Иван Хватов.


В норме человек нарабатывает когнитивный резерв, который включается уже после 35 лет и позволяет сохранять интеллект на стабильным уровне и даже его повышать. В психологии есть понятия текучего (fluid) и кристаллизованного интеллекта. Текучий интеллект — способность обработки информации — начинает падать уже после 20 лет. А вот кристаллизованный интеллект — эрудиция, опыт, словарный запас, мудрость — нарабатывается еще до 70 лет, и лишь потом начинает медленно падать. В общем, к тренировке мозга нужно относиться как к физкультуре!

Отсюда закономерно возникает вопрос: лучше развивать в себе знания лишь по одной теме или по разным? «Очень сложно рыть яму только вглубь, неизбежно придется ее расширять, — отвечает Иван Хватов. — Как правило, вы начинаете накапливать информацию из смежных областей. И, кстати, так как за разные задачи у нас отвечают разные области мозга, то для его здоровья полезно переключать виды деятельности, активизировать разные области». Например, заниматься спортом.

Говоря о наших способностях запоминать информацию, важно учитывать и то, что память у нас бывает разная. В частности, к эксплицитной памяти относятся такие виды, как семантическая и эпизодическая. Семантическая знает факты и не помнит ничего постороннего, например когда именно и при каких обстоятельствах вы узнали формулу воды или историческую дату, ведь эти детали роли не играют. Если бы забывания не происходило, если бы мы идеально помнили информацию, мы бы не смогли ее применять в меняющихся условиях.

Из такой пластичности мозга можно сделать и удручающий вывод — если вы хотите навсегда запомнить какое-то событие таким, как в первый раз, старайтесь его не вспоминать, не «прокручивать» в голове. Иначе ваш мозг обязательно изменит детали.


«Эпизодическая память неизбежно стирается. Помнить все — это ненормально. У психолога Александра Романовича Лурии в книге “Маленькая книжка о большой памяти” описан случай человека, который помнил все и сошел с ума. В процессе жизни у вас формируется автобиографическая память — по периодам. Часто в этих периодах есть так называемые фотографические воспоминания. Вам кажется, что вы не помните происходившее ни до, ни после, но в деталях можете воспроизвести первый поцелуй, первый поход куда-то или приезд в другой город — что-то очень эмоционально насыщенное. Исследования показывают, что в таких воспоминаниях множество неточностей, но фактически это то, что формирует вашу личность и индивидуальность», — дополняет Иван Хватов.


Забывание — не пассивный процесс утраты, а целенаправленный с точки зрения нейрофизиологии процесс, причем очень тщательно сегодня изучаемый, это одна из задач современной нейрофизиологии.

Нерешенные проблемы нейронауки


Стоит взглянуть на список «Нерешенных проблем нейронауки», и создается впечатление, что мы пока вообще ничего толком не знаем о мозге. Помимо памяти и обучения в этом списке упомянуты сон и сновидения, сознание и принятие решений, родной язык, изучение других языков и многие другие.

С каждым годом ученые с помощью современных технологий находят способы все точнее наблюдать мозг на всех уровнях — от молекулярного и клеточного до масштабов всего органа. Так, в прошлом году одним из главных событий в сфере нейробиологии стала публикация результатов работы группы ученых из Южно-Калифорнийского университета. Им удалось в реальном времени увидеть формирование эмоционально окрашенных воспоминаний в мозге живой рыбы.

Чем больше будет возможностей для наблюдения за работой мозга, тем быстрее будет сокращаться список нерешенных проблем. Впрочем, наверняка принцип «увеличения точек роста» справедлив и в этом случае — с новыми знаниями откроется еще больше новых вопросов.
Источник: naked-science.ru
Поделись
с друзьями!
677
9
6
6 месяцев

Инфантильная амнезия. Почему мы почти не помним первых лет своей жизни

Младенец запоминает лицо матери уже в первые дни жизни и затем легко отличает его от других лиц, которые тоже, впрочем, постепенно запоминает — и даже приветствует улыбкой те из них, которые ему больше нравятся. Иными словами, человеческая память работает крайне интенсивно начиная с первых дней нашей жизни. Но почему тогда мы ничего не помним из того времени? Ученые называют этот феномен «инфантильной амнезией»: о том, что она собой представляет, читайте в статье психолога Ванессы Лобью.


На курсах по развитию детей в Университете Рутгерса я прошу своих учеников вспомнить свои самые первые воспоминания. Некоторые из них рассказывают о первом дне в яслях или детском саду, другие — о времени, когда они были обижены или расстроены, третьи вспоминают день рождения младшего брата или сестры.

Несмотря на существенные различия в деталях, у воспоминаний моих учеников есть кое-что общее: все они автобиографичны и представляют собой воспоминаниями о значимых событиях в жизни человека после первых двух-трех годов его жизни.

Таков порядок вещей: большинство людей не может вспомнить события первых лет своей жизни, и это явление называется инфантильной амнезией.

Почему у нас нет воспоминаний о младенчестве? Память начинает работать только в определенном возрасте? Вот, что о детях и памяти думают ученые.

Несмотря на то что люди мало что помнят в возрасте до двух-трех лет, исследования показывают, что младенцы могут формировать воспоминания, однако это не те воспоминания, которые можно выразить словами. В течение первых дней жизни младенцы могут запомнить лицо своей матери и отличить его от лица незнакомца. Несколько месяцев спустя они помнят уже много лиц, улыбаясь тем, кого видят чаще остальных.


На самом деле существует множество других видов воспоминаний помимо автобиографических. У нас есть семантические воспоминания и воспоминания о фактах, например, названия различных сортов яблок. Существует и память о том, как выполнить определенные действия, например, как открыть входную дверь или водить машину.

Исследования 1980–1990-х годов психолога Кэролин Рови-Колльер показали, что младенцы могут формировать воспоминания с раннего возраста, но не могут об этом рассказать. Суть эксперимента состояла в следующем: младенцев в возрасте от двух до шести месяцев ученые поместили в кроватки с мобильными устройствами, висящими над их головами. Сначала устройство срабатывало, когда дети случайно пинали его ногой. Затем ученые привязали веревочку от ножки каждого ребенка к концу устройства.

Младенцы, в свою очередь, быстро поняли, что от них требуется: им нравилось видеть, как работает механизм, и поэтому они пинали его чаще, чем до того, как веревка была прикреплена к их ножке, демонстрируя, что они сообразили, что удары ногой заставляют механизм двигаться.

Исследование детей в возрасте от шести до восемнадцати месяцев было аналогичным, но на этот раз они сидели на коленях у родителей, держа руки на рычаге, который заставлял поезд двигаться по рельсам. Сначала рычаг не работал, и экспериментаторы измеряли, насколько сильно ребенок нажимал на него. Затем они включали рычаг, и каждый раз, когда младенец нажимал на него, поезд ехал по своему пути. Младенцы снова быстро освоились и стали значительно сильнее нажимать на рычаг.

Какое это имеет отношение к памяти? После обучения младенцев одному из этих упражнений в течение нескольких дней Рови-Колльер проверила, запомнили ли те его. Когда младенцы возвращались в лабораторию, исследователи показывали им устройство для пинков или поезд и смотрели, продолжат ли они пинаться и нажимать на рычаг.

Рови-Коллиер и ее коллеги обнаружили, что если младенцев в возрасте шести месяцев обучать в течение одной минуты, они могут вспомнить свои действия спустя день. Чем старше были младенцы, тем дольше они помнили. Также исследовательница обнаружила, что младенцы могут запоминать события на более долгий срок, если обучать их в течение более длительных периодов времени и делать им напоминания, например, показывая поезд, который движется сам по себе.

Если младенцы могут формировать воспоминания в первые месяцы своей жизни, почему взрослые люди этого не помнят? До сих пор неясно, испытывают ли люди инфантильную амнезию из-за невозможности сформировать автобиографические воспоминания, или же у нас просто нет возможности их восстановить.

Никто точно не знает, в чем причина, но у ученых есть несколько догадок.
Во-первых, автобиографические воспоминания требуют от вас некоторого самоощущения. Вы должны быть в состоянии думать о своем поведении с точки зрения того, как оно соотносится с действиями и оценками других. Исследователи проверили эту способность в ходе эксперимента с румянами.


Этот эксперимент подразумевал маркировку носа ребенка пятном красной помады или румянами. Затем исследователи помещали такого младенца перед зеркалом. Младенцы младше восемнадцати месяцев просто улыбались малышу в отражении, не показывая никаких признаков того, что они узнают себя или красную отметину у себя на лице. В возрасте от восемнадцати до двадцати четырех месяцев малыши дотрагивались до собственного носа и испытывали смущение — они уже связывали красную точку в зеркале со своим лицом.

Другое возможное объяснение инфантильной амнезии заключается в том, что младенцы просто не могут вербализовать свой ранний опыт, поскольку еще не умеют говорить.

Наконец, область мозга, в значительной степени отвечающая за память (гиппокамп) в младенчестве еще не полностью развита.

Ученые продолжают исследовать, как перечисленные факторы влияют на то, что мы почти ничего не помним о своей жизни до двухлетнего возраста, но пока всё равно не могут прийти к однознаму ответу.
Источник: knife.media
Поделись
с друзьями!
839
17
25
19 месяцев

«Забывать» прочитанное – это нормально

Если мы забываем большую часть из прочитанного, какой смысл в чтении? Что дают нам книги и каков интеллектуальный урожай, который мы собираем в процессе чтения? На эту тему размышляет писатель Чарльз Чу (Charles Chu). В своей статье он объясняет, почему «забывать» это нормально, и даёт советы, как улучшить навыки чтения.

Я много пишу о чтении, и один из самых распространенных вопросов, которые я слышу – какой смысл читать, если все равно в конце концов все это забываешь?


Пол Грэм, эссеист и основатель бизнес-инкубатора «Y Combinator», задается тем же вопросом в своем эссе «Откуда ты знаешь»: «Я читал хронику Четвертого крестового похода Виллардуэна два, а может, даже три раза. И все же если бы мне было нужно изложить на бумаге все, что я запомнил, едва ли набралось бы больше страницы. Помножьте это на несколько сотен, и сможете представить то чувство тревоги, которое охватывает меня, когда я смотрю на свои книжные полки. Что пользы от чтения всех этих книг, если так мало сохранилось в памяти?»

Может, если водить пальцем, я запомню больше...

Многим из нас знаком этот околоэкзистенциальный страх «потерять» всю мудрость, что нам удалось почерпнуть из прочитанных книг. Но бояться нет причин.

Во-первых, если вы любите читать, то память вообще не должна вас беспокоить. Если я читаю исключительно ради удовольствия, то стоит ли переживать из-за короткой памяти? Ведь можно вновь и вновь наслаждаться прекрасной книгой – так что может ли книголюб получить лучший дар, чем забывчивость?

Однако многие читают книги по иным причинам. Например, мы хотим что-то извлечь из прочитанного текста. Уже немало написано о методах запоминания прочитанного (записывайте, устанавливайте связи, конспектируйте, заучивайте... тоска...). Но Пол Грэм, как мне кажется, может сказать по этому поводу кое-что новое и любопытное. Давайте посмотрим.

Забывать вовсе не значит забывать


Пока Грэм размышлял над забытыми страницами походных хроник Виллардуэна, на него снизошло озарение. Пусть он и позабыл отдельные факты, события и даты, в памяти сохранилось нечто несравненно более важное: «Задаваясь вопросом, что я помню из хроник Виллардуэна, стоит обращаться не к конкретной информации, а к ментальным моделям крестовых походов, Венеции, средневековой культуры, осадной войны и так далее. Интеллектуальный урожай, собранный в процессе чтения вовсе не такой удручающе скудный, каким может показаться».

Полученная из текста информация это не набор имен, дат и событий, разложенных в нашей памяти, как в файлы в компьютере. Посредством формируемых ментальных моделей книги меняют само наше восприятие реальности.

Можно посмотреть на ментальные модели как на психологические линзы, которые придают цвет и форму тому, что мы видим. Отчасти наше восприятие базируется на генах и культуре (американцы и японцы обратят внимание на разные части изображения), но в немалой степени наш взгляд на мир основывается на опыте, а опыт включает прочитанные книги.

«Чтение и опыт развивают вашу модель мира. И даже если опыт или книга со временем тускнеют в памяти, оказанное ими влияние на видение реальности остается. Наш разум похож на компилируемую программу, исходный код которой утерян. Она все равно работает, пусть вы и не знаете как» [компиляция программы подразумевает перевод ее с языка программирования в более простой машинный код – прим. перев.].

Возьмем, например, Шерлока Холмса. Не считая мелких черепков, засевших в памяти (сразу приходят на ум пестрые ленты, кокаин и огромные собаки), в моей голове мало что сохранилось из рассказов об этом сыщике. Не помню, кто кого убил, что Шерлок говорил или делал (за исключением саркастичного «Элементарно, мой дорогой Ватсон!»), однако я получил от этих историй нечто большее, чем факты – умение думать.

А теперь перейдем к следующему шагу. Как использовать идею ментальных моделей, чтобы улучшить свои навыки чтения?

I. Читайте ради моделей


Нет, не таких моделей...

Не все книги равны, так же как не равны страницы отдельно взятой книги. Когда мы читаем, некоторые примечательные фразы, понятия, идеи (то, что Флобер называл «строениями ума») выступают из общего фона. Наши «психолинзы» работают как книжный фильтр, отбирая и выделяя самое существенное для читателя на данный момент. Пусть наши глаза не пропустят ни одного слова, а пальцы коснутся каждой страницы, мы, тем не менее, никогда не читаем книгу целиком, и это происходит благодаря ментальным моделям.

В процессе чтения я привык доверять этой своеобразной интуиции. Если мое внимание зацепилось за что-то, велика вероятность, что это нечто важное. В таких случаях я пишу замечания на полях. Это своего рода разговор с автором, и уже само по себе это действие создает некую связь в моем сознании, которая, в свою очередь, совершенствует существующие в моей голове модели.

Заметки, сделанные рукой Исаака Ньютона

Разумеется, в этом нет ничего нового. Такие пометки называются маргиналиями, и читатели делают их, пожалуй, еще со времен появления первых книг.

II. Перечитывайте


«Хорошая книга становится только лучше при втором прочтении. Великая книга – при третьем. Книга, которая не стоит, чтобы ее перечитали, не заслуживает и того, чтобы ее вообще читали», – Нассим Талеб .

Итак, совет номер два. Если наш мозг постоянно «обновляет» ментальные модели, имеет смысл предположить, что и наше видение мира непрерывно меняется, равно как меняется и восприятие любой книги при повторном прочтении.

Грэм (с применением более изощренных программистских метафор) развивает эту мысль: «Например, чтение и новый опыт обычно «компилируются» в момент восприятия на базе того состояния, в каком разум человека пребывает в данный конкретный момент. В другой момент вашей жизни та же книга компилировалась бы иначе. А это доказывает, что значимые книги стоит перечитывать несколько раз. Я всегда с опаской относился к перечитыванию. Подсознательно я приравнивал чтение к чему-то вроде работы плотника, в которой необходимость что-то переделывать возникает, если изначально все было сделано не так. А теперь в словосочетании "уже прочитано" мне чудится что-то неправильное».

Может быть, Сократ проявил глубочайшую мудрость, написав две тысячи лет назад следующее: «Человек с чувствительным пищеварением хватается за то и другое, но при избыточном разнообразии еда только раздражает, а не питает. Так что всегда читайте проверенных авторов, и если даже вы отклонитесь от них, всегда возвращайтесь назад. Каждый день принимайте немного средства от нищеты, смерти и других горестей. И если вы только что в спешке охватили сразу несколько тем, остановитесь на одной из них, чтобы в течении дня осмыслить ее и переварить».

Закончив бродить между библиотечными стеллажами, я всегда возвращаюсь к одним и тем же немногим авторам. И неважно, сколько раз я перечитывал их книги, ведь эти писатели всегда могут сказать мне что-то новое.

Источник: Medium.

Перевод: Scout_Alice - Livelib.
Источник: Medium
Поделись
с друзьями!
913
4
11
20 месяцев
Уважаемый посетитель!

Показ рекламы - единственный способ получения дохода проектом EmoSurf.

Наш сайт не перегружен рекламными блоками (у нас их отрисовывается всего 2 в мобильной версии и 3 в настольной).

Мы очень Вас просим внести наш сайт в белый список вашего блокировщика рекламы, это позволит проекту существовать дальше и дарить вам интересный, познавательный и развлекательный контент!